Благоверный князь Михаи́л Черниговский и боярин его мученик Фео́дор

Житие

Око­ло се­ре­ди­ны XIII ве­ка (1237–1240 гг.) Рос­сию по­стиг­ло на­ше­ствие мон­го­лов. Сна­ча­ла опу­сто­ше­ны бы­ли Ря­зан­ское и Вла­ди­мир­ское кня­же­ства, по­том в юж­ной Рос­сии бы­ли раз­ру­ше­ны го­ро­да Пе­ре­я­с­лавль, Чер­ни­гов, Ки­ев и дру­гие. На­ро­до­на­се­ле­ние этих кня­жеств и го­ро­дов боль­шей ча­стью по­гиб­ло в кро­ва­вых се­чах; церк­ви бы­ли ограб­ле­ны и по­ру­га­ны, зна­ме­ни­тая Ки­ев­ская Лав­ра бы­ла раз­ру­ше­на, а ино­ки рас­се­я­лись по ле­сам.

Впро­чем, все эти страш­ные бед­ствия бы­ли как бы неиз­беж­ным след­стви­ем втор­же­ния ди­ких на­ро­дов, для ко­то­рых вой­на бы­ла по­во­дом к гра­бе­жу. Мон­го­лы обыч­но от­но­си­лись без­раз­лич­но ко всем ве­рам. Ос­нов­ным пра­ви­лом их жиз­ни слу­жи­ла Яса (кни­га за­пре­тов), со­дер­жа­щая в се­бе за­ко­ны ве­ли­ко­го Чин­гис­ха­на. Один из за­ко­нов Ясы ве­лел ува­жать и бо­ять­ся всех бо­гов, чьи бы они не бы­ли. По­это­му в Зо­ло­той Ор­де сво­бод­но слу­жи­лись бо­го­слу­же­ния раз­ных ве­ро­ис­по­ве­да­ний и са­ми ха­ны неред­ко при­сут­ство­ва­ли при со­вер­ше­нии и хри­сти­ан­ских, и му­суль­ман­ских, и буд­дий­ских, и дру­гих об­ря­дов.

Но, от­но­сясь без­раз­лич­но и да­же с ува­же­ни­ем к хри­сти­ан­ству, ха­ны тре­бо­ва­ли и от на­ших кня­зей ис­пол­не­ния неко­то­рых сво­их су­ро­вых об­ря­дов, на­при­мер: про­хож­де­ния через очи­сти­тель­ный огонь, преж­де чем явить­ся пе­ред ха­ном, по­кло­не­ния изо­бра­же­ни­ям умер­ших ха­нов, солн­цу и ку­сту. По хри­сти­ан­ским по­ня­ти­ям это яв­ля­ет­ся из­ме­ной свя­той ве­ре и неко­то­рые из на­ших кня­зей пред­по­чли пре­тер­петь смерть, чем вы­пол­нить эти язы­че­ские об­ря­ды. Сре­ди них сле­ду­ет вспом­нить Чер­ни­гов­ско­го кня­зя Ми­ха­и­ла и его бо­яри­на Фе­о­до­ра, по­стра­дав­ше­го в Ор­де в 1246 го­ду.

Ко­гда хан Ба­тый по­тре­бо­вал к се­бе Чер­ни­гов­ско­го кня­зя Ми­ха­и­ла, то он, при­няв бла­го­сло­ве­ние от сво­е­го ду­хов­но­го от­ца епи­ско­па Иоан­на, обе­щал ему, что он ско­рее умрет за Хри­ста и свя­тую ве­ру, чем по­кло­нит­ся идо­лам. То же обе­щал и бо­ярин его Фе­о­дор. Епи­скоп укре­пил их в этой свя­той ре­ши­мо­сти и дал им Свя­тые Да­ры в на­пут­ствие веч­ной жиз­ни. Пе­ред вхо­дом в став­ку ха­на мон­голь­ские жре­цы по­тре­бо­ва­ли с кня­зя и бо­яри­на, чтобы они по­кло­ни­лись на юг мо­ги­ле Чин­гис­ха­на, за­тем ог­ню и вой­лоч­ным идо­лам. Ми­ха­ил от­ве­тил: «Хри­сти­а­нин дол­жен по­кло­нять­ся Твор­цу, а не тва­ри».

Узнав об этом, Ба­тый озло­бил­ся и ве­лел Ми­ха­и­лу вы­би­рать од­но из двух: или ис­пол­нить тре­бо­ва­ние жре­цов, или смерть. Ми­ха­ил от­ве­тил, что он го­тов по­кло­нить­ся ха­ну, ко­то­ро­му Сам Бог пре­дал его во власть, но не мо­жет ис­пол­нить то­го, че­го тре­бу­ют жре­цы. Внук Ми­ха­и­ла, князь Бо­рис, и ро­стов­ские бо­яре умо­ля­ли его по­бе­речь свою жизнь и пред­ла­га­ли при­нять на се­бя и на свой на­род епи­ти­мью за его грех. Ми­ха­ил не хо­тел слу­шать ни­ко­го. Он сбро­сил с плеч кня­же­скую шу­бу и ска­зал: «Не по­губ­лю ду­ши мо­ей, прочь сла­ва тлен­но­го ми­ра!» По­ка но­си­ли от­вет его ха­ну, князь Ми­ха­ил и бо­ярин его пе­ли псал­мы и при­об­щи­лись Свя­тых Да­ров, дан­ных им епи­ско­пом. Ско­ро яви­лись убий­цы. Они схва­ти­ли Ми­ха­и­ла, на­ча­ли бить ку­ла­ка­ми и пал­ка­ми по гру­ди, по­том по­вер­ну­ли ли­цом к зем­ле и топ­та­ли но­га­ми, на­ко­нец от­сек­ли ему го­ло­ву. По­след­нее сло­во его бы­ло: «Я хри­сти­а­нин!» По­сле него та­ким же об­ра­зом был за­му­чен его доб­лест­ный бо­ярин. Свя­тые мо­щи их по­чи­ва­ли в Мос­ков­ском Ар­хан­гель­ском со­бо­ре.

Тропарь благоверному князю Михаилу Черниговскому и боярину его Феодору

глас 8

Тро́ичнаго Божества́ осия́нием просвети́вся,/ страстоте́рпче вели́кий кня́же Михаи́ле,/ с прему́дрым боля́рином ти Фео́дором,/ самозва́нна к по́двигом устреми́стася,/ сквозе́ огнь не идо́ста,/ кусту́ же и и́долом не поклони́стася, но оплева́ста/ и нечести́ваго царя́ обличи́ста,/ Христа́ же Еди́наго от Тро́ицы Бо́га Су́ща испове́даста./ И того́ ра́ди крове́й свои́х струя́ми обагри́стася, сла́вная./ Те́мже и венца́ от Него́ побе́дная прия́ста,/ и нас свы́ше назира́ета,/ мо́лим вас, святы́я, моли́те Того́,/ я́ко да ва́шими моли́твами изба́вит нас от вся́ких обстоя́щих ны зол/ и пода́ст нам вся блага́я,// и́же Един Сый прославля́емый во святы́х Свои́х.

Ин тропарь благоверному князю Михаилу Черниговскому и боярину его Феодору

глас 4

Жизнь ва́шу му́ченически совеpши́вше,/ испове́дания венцы́ укpа́сившеся, к Небе́сным востеко́сте,/ Михаи́ле пpему́дpе с до́блим Фео́доpом,/ моли́те Хpиста́ Бо́га/ сохpани́ти оте́чество ва́ше/ град же и лю́ди,// по вели́цей Его́ ми́лости.

Ин тропарь благоверному князю Михаилу Черниговскому и боярину его Феодору

глас 3

Блаже́ннии апо́столом равноче́стнии,/ прия́ли есте́ вене́ц от Христа́,/ зане́же того́ досто́йни,/ Михаи́ле богому́дре и Фео́доре ди́вне,/ мир ми́рови испроси́те// и душа́м на́шим ве́лию ми́лость.

Кондак благоверному князю Михаилу Черниговскому и боярину его Феодору

глас 5

Со́лнца мы́сленнаго пра́веднаго — Христа́/ озари́вся сия́нием, пребога́те Михаи́ле,/ ви́димому со́лнцу не поклони́лся еси́/ и тва́ри па́че Творца́ не послужи́л еси́/ и нече́стие обузда́л еси́,/ я́рости царя́ не убоя́вся/ и кро́ве свое́й обагре́нием/ Христо́ви предста́л еси́, ра́дуяся./ И ны́не в пренесе́нии моще́й твои́х/ нас свы́ше назира́й и Христа́ Бо́га моли́,/ мо́лимся я́ко спасти́ся нам/ и Правосла́вию непоколеби́му пребы́ти,/ Оте́честву на́шему соблюсти́ся во всем/ моли́твами твои́ми, свя́те,// по вели́цей Его́ ми́лости.

Ин кондак благоверному князю Михаилу Черниговскому и боярину его Феодору

глас 8

Ца́рство земно́е в ничто́же вмени́в,/ сла́ву я́ко преходя́щую оста́вил еси́,/ самозва́н прише́д к подвиго́м,/ Тро́ицу пропове́дал еси́ пред нечести́вым мучи́телем,/ страстоте́рпче Михаи́ле, с до́блим Фео́дором,/ Царю́ Сил предстоя́ще,/ моли́те без вре́да сохрани́ти Оте́чество ва́ше, град же и лю́ди,// да вас непреста́нно почита́ем.

Ин кондак благоверному князю Михаилу Черниговскому и боярину его Феодору

глас 2

Ве́рою укре́пльшеся, святи́и, муче́ния претерпе́сте/ и кровьми́ свои́ми погаси́сте пла́мень сопроти́вных безбо́жия,/ Христа́ же испове́дасте, с Отце́м и Ду́хом,// Михаи́ле и Фео́доре, Его́ моли́те за всех нас.

Ин кондак благоверному князю Михаилу Черниговскому и боярину его Феодору

глас 2

Вы́шних и́щуще, ни́жняя оста́вили есте́,/ колесни́цу на Небеса́ кровь свою́ сотвори́ли есте́,/ тем собесе́дницы первому́чеником бы́сте,/ Михаи́ле и Фео́доре,// с ни́миже Христа́ Бо́га моля́ще непреста́нно за вся ны.

Ин кондак благоверному князю Михаилу Черниговскому и боярину его Феодору

глас 3

Я́ко свети́ла, в Руси́ возсия́вше,/ муче́ния луча́ми сла́вными отрази́сте,/ страстоте́рпцы сла́внии, Михаи́ле и Фео́доре,/ тем вопия́сте:// ничто́же нас отлучи́т от любве́ Христо́вы.

Дни памяти: 2 сентября - переходящая - Собор Московских святых, 27 февраля - Перенесение мощей, 3 октября, 5 октября - Собор Тульских святых.