30. Русская Православная Церковь в годы гражданской войны

Цель занятия – рассмотреть положение Русской Православной Церкви во время гражданской войны.

Задачи:

  1. Рассмотреть отношение к Церкви нового правительства.
  2. Рассмотреть возникновение раскола в Русской Православной Церкви.
  3. Дать информацию об изменениях в церковном управлении, внесенных в связи с гражданской войной.
  4. Рассмотреть компанию по вскрытию мощей.
  5. Дать информацию о деятельности обновленцев.

План занятия:

  1. Совместно со слушателями кратко вспомнить содержание предыдущего занятия.
  2. Познакомить слушателей с содержанием занятия, используя иллюстрации и видеоматериалы.
  3. На основе проверочных вопросов провести обсуждение-опрос по теме занятия.
  4. Задать домашнее задание: прочитать основную литературу, по возможности, ознакомиться с дополнительной литературой и видеоматериалами.

Источники и литература по теме

Основная учебная литература:

  1. Иларион (Алфеев), митр. Православие. Т. 1. (См.: Раздел I. История) [Электронный ресурс]. – URL: https://azbyka.ru/otechnik/Ilarion_Alfeev/pravoslavie-tom-1/  (дата обращения: 12.12.2017).
  2. Владислав Цыпин, прот. История Русской Церкви (1917-1997). [Электронный ресурс]. – URL: https://azbyka.ru/otechnik/Vladislav_Tsypin/istorija-russkoj-tserkvi-sinodalnyj-period/ (дата обращения: 12.12.2017).

Дополнительная литература:

  1. Дамаскин (Орловский), игум. Правда о гонениях на Русскую Православную Церковь в советский период. [Электронный ресурс]. – URL: http://orthoview.ru/goneniya-na-russkuyu-pravoslavnuyu-cerkov-v-sovetskij-period/ (дата обращения: 12.12.2017).
  2. Кривошеева К. Новомученики Русской Православной Церкви - члены Поместного Собора 1917-1918 гг. ПСТГУ. "Богословский сборник №6".

Ключевые понятия:

  • Гонения;
  • Раскол;
  • Обновленчество;
  • Святотатство.

Содержание (открыть)

Проверочные вопросы:

  1. Какие антицерковные декреты были приняты советской властью сразу после революции?
  2. Какие гонения на Церковь были воздвигнуты большевиками? Как реагировал на них Патриарх Тихон?
  3. В связи с чем в 1922 г. был издан декрет ВЦИК о принудительном изъятии церковных ценностей?
  4. Как возник раскол в Русской Православной Церкви на Украине?
  5. Какое постановление было принято Русской Православной Церковью в связи с тем, что в силу военных действий епархии становились оторванными от канонического центра?
  6. Для чего и как проходила компания по вскрытию мощей?
  7. Какую деятельность осуществляли обновленцы?

Иллюстрации:

Видеоматериалы:

Димитрий Сафонов, свящ. Лекция 31. Поместный собор 1917 - 1918 гг. и первые годы гражданской войны

 

 

1. Политика большевиков и гонения на Церковь

2. Раскольнические действия

3. Церковное управление в годы гражданской войны

4. Вскрытие мощей

5. Обновленчество

1. Политика большевиков и гонения на Церковь

Извещая Церковь о восшествии на престол, Патриарх Тихон обратился к пастве с посланием: «В дни многоскорбные и многотрудные, вступили мы на древлее место патриаршее. Испытания изнурительной войны и гибельная смута терзают Родину нашу, скорби и от нашествия иноплеменных и междоусобные брани. Но всего губительнее снедающая сердца смута духовная. Затемнились в совести народной христианские начала строительства государственного и общественного, ослабела и самая вера, неистовствует безбожный дух мира сего».

Борьба с религией была частью идейной программы новой большевистской власти. Патологическая ненависть к религии характеризовала всех большевиков, в первую очередь двух главных вождей революции – В.И. Ленина и Л.Д. Троцкого. Еще в период первой русской революции, в декабре 1905 года, Ленин опубликовал статью «Социализм и религия», в которой писал: «Религия есть один из видов духовного гнета, лежащего везде и повсюду на народных массах, задавленных вечной работой на других, нуждою и одиночеством... Религия есть опиум народа. Религия – род духовной сивухи, в которой рабы капитала топят свой человеческий образ, свои требования на сколько-нибудь достойную человека жизнь». В той же статье Ленин требовал полного отделения Церкви от государства и школы от Церкви, превращения религии в частное дело.

В ходе октябрьской революции учение вождя мирового пролетариата было воплощено в жизнь. В первый же день после захвата власти, 26 октября 1917 года, большевики издали «Декрет о земле», объявлявший о национализации всех церковных и монастырских земель «со всем их живым и мертвым инвентарем». 16-18 декабря последовали декреты, лишавшие юридической силы церковный брак. 23 января 1918 года был опубликован декрет Совнаркома «Об отделении церкви от государства и школы от церкви», в соответствии с которым религиозные организации лишались права собственности и прав юридического лица, запрещалось религиозное воспитание и преподавание религии в школах.

Сразу же после победы октябрьской революции начались жестокие гонения на Церковь, аресты и убийства священнослужителей. Первой жертвой революционного террора стал петербургский протоиерей Иоанн Кочуров, убитый 31 октября 1917 года: его смерть открыла трагический список новомучеников и исповедников Российских, включающий имена десятков тысяч представителей духовенства и монашествующих, сотен тысяч мирян. 19 января (1 февраля) патриарх Тихон написал послание, в котором анафематствовал всех, проливающих невинную кровь, т.е. большевиков.

Вскоре расстрелы и аресты духовенства приобрели массовый характер. В 1918 году были умерщвлены несколько архипастырей, несколько сотен священнослужителей, многие миряне. 17 июля в Екатеринбурге был убит отрекшийся от престола император Николай II вместе с семьей – императрицей Александрой, наследником-цесаревичем Алексием, дочерьми Ольгой, Татьяной, Марией и Анастасией. На следующий день неподалеку от Алапаевска была заживо погребена великая княгиня Елизавета Федоровна, основательница Марфо-Мариинской обители сестер милосердия. На гибель царской семьи Святейший Патриарх Тихон откликнулся в проповеди, произнесенной в московском Казанском соборе: «На днях совершилось ужасное дело – расстрелян бывший государь Николай Александрович, и высшее наше правительство, исполнительный комитет, одобрил это и признал законным... Но наша христианская совесть, руководясь словом Божиим, не может согласиться с этим. Мы должны, повинуясь учению слова Божия, осудить это дело. Иначе кровь расстрелянного падет и на нас, а не только на тех, кто совершил это дело. Пусть за это называют нас контрреволюционерами, пусть заточат в тюрьму, пусть нас расстреливают. Мы готовы все это претерпеть...».

Казни священнослужителей совершались с изощренной жестокостью: их закапывали в землю живьем, обливали на морозе холодной водой до полного обледенения, варили в кипятке, распинали, засекали до смерти плетьми, зарубали топором. Многих священнослужителей перед смертью пытали, многие были казнены вместе с семьями или на глазах у жены и детей. Церкви и монастыри подвергались разгрому и разграблению, иконы – поруганию и сожжению. Разнузданная кампания против религии была развернута в прессе. 26 октября 1918 года, в годовщину пребывания большевиков у власти, патриарх Тихон в послании Совету народных комиссаров говорил о бедствиях, постигших страну, народ и Церковь: «Вы разделили весь народ на враждующие между собой станы и ввергли его в небывалое по жестокости братоубийство. Любовь Христову вы открыто заменили ненавистью и вместо мира искусственно разожгли классовую вражду. И не предвидится конца порожденной вами войне, так как вы стремитесь руками русских рабочих и крестьян доставить торжество призраку мировой революции... Никто не чувствует себя в безопасности; все живут под постоянным страхом обыска, грабежа, выселения, ареста, расстрела. Хватают сотнями беззащитных, гноят целыми месяцами в тюрьмах, казнят смертию часто без всякого следствия и суда... Казнят епископов, священников, монахов и монахинь, ни в чем не повинных, а просто по огульному обвинению в какой-то расплывчатой и неопределенной контрреволюции. Бесчеловечная казнь отягчается для православных лишением последнего предсмертного утешения – напутствия Святыми Тайнами, а тела убитых не выдаются родственникам для христианского погребения... Не проходит дня, чтобы в органах вашей печати не помешались самые чудовищные клеветы на Церковь Христову и ее служителей, злобные богохульства и кощунства. Вы глумитесь над служителями алтаря... Вы наложили свою руку на церковное достояние, собранное поколениями верующих людей, и не задумались нарушить их посмертную волю. Вы закрыли ряд монастырей и домовых церквей без всякого к тому повода и причины... Выбрасывая из школ священные изображения и запрещая учить в школах детей вере, вы лишаете их необходимой для православного воспитания духовной пиши... К вам, употребляющим власть на преследование ближних и истребление невинных, простираем Мы Наше слово увещания: отпразднуйте годовщину вашего пребывания у власти освобождением заключенных, прекращением кровопролития, насилия, разорения, стеснения веры; обратитесь не к разрушению, а к устроению порядка и законности, дайте народу желанный и заслуженный им отдых от междоусобной брани. А иначе взыщется от вас всякая кровь праведная, вами проливаемая (см.: Лк. 11:50), и от меча погибнете сами вы, взявшие меч (см.: Мф. 26:52)».

Вскоре после этого письма патриарх Тихон был посажен под домашний арест, а гонения продолжились с новой силой.

Особенно тяжело приходилось тем архипастырям и пастырям, которые оставались на территории, переходившей в результате поражения белых войск под контроль Советов. Одна только лояльность духовенства белым властям рассматривалась красными как контрреволюционное преступление; пение молебнов о победе белого оружия служило основанием для вынесения смертных приговоров или зверских расправ.

В лихолетье смуты в одной только Харьковской епархии за 6 месяцев, с декабря 1918 г. по июнь 1919 г., погибло 70 священников; в Воронежской епархии после захвата ее территории красными войсками в декабре 1919 г. расстреляли 160 священников. За короткое время в Кубанской епархии убили 43 священника, а в небольшой части Ставропольской погибло 52 священника, 4 диакона, 3 псаломщика и один иподиакон.

Стремясь уберечь пастырей Русской Церкви от трагических последствий их вовлеченности в политическую борьбу, Святейший Патриарх в 1919 г. издал два послания (8/21 июля и 25 сентября/8 октября), целью которых было внести умиротворение в жизнь страны в первом послании он обращался к чадам Православной Церкви: «Не мстите за себя... Но дайте место гневу Божию... Мы содрогаемся, что возможны такие явления, когда при военных действиях один лагерь защищает передние свои ряды заложниками из жен и детей противного лагеря. Мы содрогаемся варварству нашего времени, когда заложники берутся в обеспечение чужой жизни и неприкосновенности. Мы содрогаемся от ужаса и боли, когда после покушений нашего современного правительства в Петрограде и Москве, как бы в дар любви им, и в свидетельство преданности, и в искупление вины злоумышленников, воздвигались целые курганы из тел лиц, совершенно непричастных к этим покушениям... Но ведь эти действия шли там, где не знают или не признают Христа, где считают религию опиумом для народа, где открыто и цинично возводится в насущную задачу истребление одного класса другим и междоусобная брань. Нам ли, христианам, идти по этому пути. О, да не будет! Следуйте за Христом!.. Побеждайте зло добром».

В день памяти преподобного Сергия Радонежского Святейший Патриарх предостерегал архипастырей от политических выступлений: «...Много уже и архипастырей и пастырей, и просто клириков сделались жертвами кровавой политической борьбы. И все это, за весьма, быть может, немногими исключениями, только потому, что мы, служители и глашатаи Христовой истины, подпали под подозрение у носителей современной власти в скрытой контрреволюции, направленной якобы к ниспровержению советского строя. Но мы с решительностью заявляем, что такие подозрения несправедливы: установление той или иной формы правления не дело Церкви. Церковь не связывает себя ни с каким определенным образом правления, ибо таковое имеет лишь относительное историческое значение... Памятуйте же, отцы и братия, и канонические правила, и завет святого апостола: Блюдите себя от творящих распри и раздоры, уклоняйтесь от участия в политических партиях и выступлениях, повинуйтесь всякому человеческому начальству в делах мирских (1Пет. 2.13)».

Экономическая разруха, явившаяся следствием революции и гражданской войны, а также засуха лета 1921 года привела к тому, что в Поволжье и некоторых других регионах России начался голод. К маю 1922 года голодало уже около 20 миллионов человек, около миллиона скончалось. Вымирали целые деревни, дети оставались сиротами, люди покидали голодающие районы и гибли в пути. Поначалу большевистская власть обратилась за помощью к Патриарху Тихону: для переговоров к нему был послан писатель A.M. Горький. В результате переговоров был создан «Всероссийский комитет помощи голодающим» под председательством Патриарха. Начался сбор средств в помощь голодающим, Патриарх обратился к восточным Патриархам, папе Римскому, архиепископу Кентерберийскому и епископу Йоркскому. Вся эта деятельность вызвала недовольство властей, и комитет был закрыт, а собранные им средства конфискованы. Вместо него при ВЦИК была создана «Центральная комиссия помощи голодающим», которая в декабре 1921 года обратилась к Патриарху с призывом к пожертвованию церковных ценностей. Патриарх благословил жертвовать в пользу голодающих любые церковные украшения, не имеющие богослужебного употребления. Однако в прессе была развернута новая кампания против Церкви, которую теперь обвинили в сокрытии ценностей и безразличии к бедствиям народа. 23 февраля 1922 года был издан декрет ВЦИК о принудительном изъятии церковных ценностей, включая богослужебные сосуды. Церковью данный декрет был расценен как святотатственный, поскольку употребление богослужебных сосудов не для богослужебных целей запрещено церковными канонами.

Принудительное изъятие церковных ценностей началось сразу же после издания декрета и в некоторых случаях приводило к массовым беспорядкам. При изъятии церковных ценностей из кафедрального собора в Шуе вокруг собора столпились люди, которые пытались защитить святыни, но красноармейцы расстреляли толпу. 19 марта 1922 года В.И. Ленин составил секретное письмо членам Политбюро, в котором предлагалось использовать голод как повод для полного разгрома церковной организации в России: «Все соображения указывают на то, что позже сделать нам этого не удастся, ибо никакой иной момент, кроме отчаянного голода, не даст нам такого настроения широких крестьянских масс, который бы либо обеспечивал нам сочувствие этой массы, либо, по крайней мере, обеспечил бы нам нейтрализование этих масс в том смысле, что победа в борьбе с изъятием ценностей останется безусловно и полностью на нашей стороне... Поэтому я прихожу к безусловному выводу, что мы должны именно теперь дать самое решительное и беспощадное сражение черносотенному духовенству и подавить его сопротивление с такой жестокостью, чтобы они не забыли этого в течение нескольких десятилетий».

30 марта на заседании Политбюро был принят план разгрома Церкви, включающий арест Синода и Патриарха, развертывание новой антирелигиозной кампании в прессе, изъятие церковных ценностей по всей стране. Патриарха Тихона начали вызывать в ГПУ и подвергать допросам. По всей стране начались судебные процессы против священнослужителей и мирян, обвинявшихся в сопротивлении изъятию церковных ценностей. 26 апреля подобный процесс, на котором предстало 20 священников и 34 мирянина, открылся в Москве. В конце мая был арестован Петроградский митрополит Вениамин (Казанский): ему и 85 другим лицам было предъявлено обвинение в подстрекательстве верующих к сопротивлению властям. Процесс был публичным, длился около месяца, и тысячи верующих следили за ним. 4 июля митрополит Вениамин произнес последнее слово, в котором сказал: «Я не знаю, что вы мне объявите в вашем приговоре, жизнь или смерть, но что бы вы в нем ни провозгласили, я с одинаковым благоговением обращу свои очи горе, возложу на себя крестное знамение (святитель при этом широко перекрестился) и скажу: «Слава Тебе, Господи Боже, за все». Митрополит и несколько других лиц были приговорены к расстрелу, а большинство обвиняемых – к разным срокам тюремного заключения. В ночь с 12 на 13 августа митрополит Вениамин, архимандрит Сергий (Шеин), Ю. Новицкий и И. Ковшаров были расстреляны. Незадолго до расстрела митрополит Вениамин направил письмо одному из петроградских благочинных: «В детстве и отрочестве я зачитывался житиями святых и восхищался их героизмом, их святым воодушевлением, жалел всей душой, что времена не те и не придется переживать, что они переживали. Времена переменились, открывается возможность терпеть ради Христа от своих и от чужих. Трудно, тяжело страдать, но по мере наших страданий избыточествует и утешение от Бога... Теперь, кажется, пришлось пережить почти все: тюрьму, суд, общественное заплевание, обречение и требование смерти, якобы народные аплодисменты, людскую неблагодарность, продажность, непостоянство и тому подобное, беспокойство и ответственность за судьбу других людей и даже за самою Церковь. Страдания достигли своего апогея, но увеличивалось и утешение. Я радостен и покоен, как всегда. Христос – наша жизнь, свет и покой. С Ним всегда и везде хорошо. За судьбу Церкви Божией я не боюсь. Веры надо больше, больше ее иметь надо нам, пастырям. Забыть свои самонадеянность, ум, ученость и силы и дать место благодати Божией».

2. Раскольнические действия

Революционные преобразования коснулись всех сторон жизни России, а для националистов явились толчком к сепаратистским выступлениям. В Киеве Центральная рада, добивавшаяся при Временном правительстве автономии, теперь торопилась утвердить «самостийную Украинскую народную республику», отделились Северный Кавказ и Закавказье, Средняя Азия, Финляндия, оккупированная Германией Польша, Прибалтика. Это повлекло за собой раскольнические действия и в церковных кругах.

Еще в марте 1917 г. без согласия кириархальной Церкви, против воли экзарха Грузии архиепископа Платона группа епископов провозгласила автокефалию Грузинской Церкви. Не возражая в принципе против независимости Грузинской Церкви, Святейший Патриарх Тихон выразил сожаление о неканоничности отделения, о непослушании грузинских архиереев Поместному Собору и своему кириарху владыке Платону, которого они самочинно объявили лишенным звания экзарха.

Патриарх Тихон обратился к грузинским архипастырям Кириону, Леониду, Георгию и Пирру с предложением подчиниться требованию церковных правил и явиться на Всероссийский Собор. «Только Собор кириархальной Церкви может даровать независимость той или иной поместной Церкви. Если это требование не соблюдается, Церкви угрожает схизма». Но призыв Патриарха не был услышан, и отношения между Русской и Грузинской Церквами оставались неулаженными до 1943 г.

События на Украине осенью 1917 г. грозили расколоть целостность Русской Православной Церкви. Министром исповеданий рада назначила Миколу Бессонова, бывшего епископа Никона, известного скандальной историей с ученицей духовного училища, которую он держал при себе в епархиальном доме. Сразу после февральской революции Никон снял с себя сан и обвенчался с ней. Приехав в Киев, он стал театральным рецензентом, писал об опереттах. Жена его вскоре была убита в собственном доме, и бывший иерарх похоронил ее в Покровском монастыре, положив ей на грудь панагию, а в ноги клобук. На просьбу архиепископа Евлогия сместить такого министра, глава рады Голубович ответил отказом, сославшись на хорошую осведомленность Бессонова в делах церковного управления. Поощряемые гражданским правительством, церковные сепаратисты организуют Всеукраинскую церковную раду, куда им удается вовлечь архиепископа Алексия (Дородницына). До февраля архиепископ Алексий в своих проповедях горячо защищал единство и целостность Российской империи, а теперь стал националистом-украинцем, приверженцем автокефалии. Назначенные радой епархиальные комиссары требовали, чтобы в храмах вместо Патриарха Тихона поминалась церковная рада во главе с архиепископом Алексием.

Встревоженный опасным развитием событий, Патриарх Тихон благословил митрополита Киевского Владимира, принимавшего участие в Соборе, срочно выехать в Киев для усмирения церковной смуты, но сепаратисты пытались не допустить святителя в его кафедральный город. И все-таки митрополит Владимир приехал в Киев и остановился в своих покоях в Киево-Печерской лавре. Преосвященный Алексий самовольно водворился в лавре по соседству с митрополитом и подстрекал монахов против своего архипастыря и священноархимандрита. Но митрополит Владимир непоколебимо отстаивал единство Русской Церкви.

В Киеве проходили многолюдные приходские собрания в поддержку истинного архипастыря. По благословению Патриарха Тихона началась подготовка к созыву Всеукраинского церковного Собора. Для проведения Собора он командировал в Киев митрополитов Платона и Антония, архиепископа Евлогия. Когда они прибыли в Киев, святитель Владимир просил их вразумить архиепископа Алексия, но взбунтовавшийся иерарх продолжал свою раскольническую деятельность. На предсоборных совещаниях священники-сепаратисты, бритые и стриженые, в шинелях, а то и с винтовками за плечами, митинговали и агитировали за отделение Украинской Церкви.

Открылся Киевский Собор 7 января 1918 г. Обстановка на заседаниях была далеко не мирной, политические пристрастия определяли позиции его участников. В это время на Киев стремительно наступали красные. Когда начался обстрел города, настроения на Соборе сразу переменились, сепаратисты-украинцы присмирели.

18 января Собор решено было временно закрыть. Предводитель раскольников священник Марычев предложил проголосовать за автокефалию, но 150 голосами против 60 это предложение было отвергнуто. Никаких постановлений Собор так и не принял.

Когда красные войска взяли Киев, в лавре расположился военный отряд. Во время богослужения вооруженные люди в шапках, с папиросами в зубах врывались в храмы, устраивали обыски, издевались над монахами. Растерявшиеся монахи, соблазненные интригами архиепископа Алексия, стали жаловаться красногвардейцам на то, что митрополит Владимир не разрешает им устраивать комитеты и советы, а они хотят, чтобы в монастыре все было, как у красных. 25 января красноармейцы учинили обыск в покоях митрополита, а вечером вломились пятеро пьяных бандитов. Они втолкнули владыку в спальню и начали пытать, душили цепочкой от креста, сорвали с груди крест и ладанку, нательную иконку. Из спальни святителя вывели в рясе, в белом клобуке, с панагией. Бандиты втолкнули святителя в автомобиль и отвезли на полверсты от лаврских ворот и расстреляли. Прах убитого священномученика обнаружили наутро, владыка лежал на спине в луже крови, без панагии и в клобуке без клобучного креста. Святые мощи мученика перенесли в лавру.

15 февраля, открывая торжественное заседание Собора, посвященное памяти священномученика Владимира, Патриарх Тихон сказал, что «мученическая кончина Владыки Владимира была... жертвой благовонною во очищение грехов великой матушки России». «Такие жертвы, какова настоящая, – продолжил его мысль митрополит Арсений, – никого не устрашат, а, напротив, ободрят верующих идти до конца, путем служения долгу даже до смерти!».

В оккупированном немцами Киеве власть перешла от Центральной рады к гетману Скоропадскому. В канун Пасхи архиепископ Евлогий получил от Патриарха Тихона указ о проведении выборов митрополита на вдовствующую Киевскую кафедру. Большинством голосов митрополитом Киевским и Галицким был избран преосвященный Антоний (Храповицкий).

Открылась вторая сессия Всеукраинского церковного Собора. Новый архипастырь после торжественной встречи в Софийском соборе нанес визит гетману Скоропадскому. Профессор В.В. Зеньковский, назначенный гетманом министром исповеданий, придерживался умеренной линии, в то время как большинство членов правительства стояло за автокефалию Украинской Церкви. Церковные и политические сепаратисты оказывали давление на Зеньковского и, в конце концов, заменили его крайним сепаратистом Д.А. Лотоцким.

Борьбу за сохранение единства Русской Церкви возглавил митрополит Антоний. Его энергично поддерживал архиепископ Евлогий, и вместе они сумели добиться поворота в настроениях соборян. Удалось им настоять и на отставке Лотоцкого. Архиепископ Евлогий объявил на Соборе: «Пал министр, пала и автокефалия! Будем теперь спокойно заниматься делами...». Автокефалия, действительно, была отвергнута большинством соборян. 9 июля 1918 г. Всеукраинский Собор объявил об автономии Украинской Церкви. Был образован Священный Собор, или Синод епископов. Для Украинской Церкви признавались обязательными постановления Всероссийского Православного Собора, указы Святейшего Патриарха и высших органов Российской Церковной власти.

После захвата Киева петлюровцами в декабре 1918 г. были арестованы находившиеся там митрополит Киевский Антоний и архиепископ Волынский Евлогий. Петлюровцы передали узников в руки польских властей, и только через посредство стран Антанты эти архиереи были освобождены и переправлены на юг России, занятый белыми армиями.

Петлюровская директория, объявив об отмене постановления Всероссийского церковного Собора об автономии, провозгласила Украинскую Церковь автокефальной. Был составлен самочинный синод во главе с архиепископом Екатеринославским Агапитом (Вишневским), который первым делом запретил поминовение за богослужением Патриарха Тихона и митрополита Киевского Антония. После прихода в Киев Красной Армии украинский синод распался. Архиепископ Агапит, оказавшийся вскоре на территории, занятой Добровольческой армией, и лишенный сана за учинение раскола, принес покаяние. Автокефалисты на Украине остались без архиерея. Но воспользовавшись оккупацией Киева теперь уже польской армией, в апреле 1920 г., клирики и миряне нескольких приходов объявили о создании новой Всеукраинской церковной рады, которая отвергла всех епископов как ставленников Москвы и вновь провозгласила автокефалию.

14 октября в Киеве вожди рады созывают Всеукраинский церковный Собор, на котором преобладают убежденные автокефалисты, а 10 октября 1921 г. в Софийском соборе Киева раскольники совершают действо, небывалое в истории Православной Церкви. Изверженный из пресвитерского сана Нестор Шараевский посвящает в «митрополита всея Украины» такого же, как и он, церковного преступника, лишенного сана Василия Липковского. На голову «ставленника» вместе с Нестором Шараевским возлагали руки все присутствовавшие священники и диаконы, вкупе с мирянами. Через день Василий Липковский, облачившись по-архиерейски, в митре и с двумя панагиями на груди, сам «поставил во епископа» рукоположившего его накануне Нестора Шараевского, изверженного из сана и женатого. Потом Нестор и Василий вдвоем стали «рукополагать» остальных. Вскоре на Украине появилось 30 самосвятских епископов, среди которых были женатые и разведенные. Патриарший экзарх митрополит Михаил обратился к православной пастве с призывом не поддаваться обману, не следовать за смутьянами, разорителями святой Церкви. И все-таки около полутора тысяч приходов и до 3 млн. прихожан самосвятам удалось вовлечь в раскол.

3. Церковное управление в годы гражданской войны

Гражданская война затрудняла связь Патриархии с епархиальными архиереями в городах, занятых белыми армиями, поэтому епархии Сибири и юга России создавали местные временные Высшие церковные управления. После поражения белогвардейцев некоторые митрополиты и архиепископы эмигрировали, некоторые – остались в России.

В целом, за годы гражданской войны одни архиереи умерли, другие погибли, третьи оказались за пределами России. Выполняя определение Поместного Собора об увеличении числа архиерейских кафедр и открытии в каждой епархии викариатств, в 1919 г. было совершено 14 архиерейских хиротоний, в 1921 г. – 39. Но созвать Собор, как было намечено, не удалось. В начале 1921 г. в заседаниях Священного Синода могли участвовать, помимо Патриарха Тихона, только митрополит Владимирский Сергий, митрополит Крутицкий Евсевий (Никольский) и архиепископ Гродненский Михаил, патриарший экзарх Украины. Большая же часть членов Синода оказалась в эмиграции, распался за убылью своих членов ВЦС, в сущности высшая церковная власть осуществлялась единолично Патриархом, с помощью немногочисленных ближайших советников. Затруднена была и связь с епархиальными кафедрами, поэтому еще 20 ноября 1920 г. Патриарх, Священный Синод и ВЦС, состоявший тогда из председателя и трех членов, протопресвитера Н. Любимова, протоиерея А. Станиславского и А. Кулешова, принимают постановление о самоуправлении епархий при невозможности поддерживать связь с каноническим центром или в случае прекращения деятельности высшего церковного управления. В этом постановлении, в частности говорится: «В случае если епархия вследствие передвижения фронта, изменения государственной границы и т. п. окажется вне всякого общения с высшим церковным управлением или само Высшее церковное управление почему-либо прекратит свою деятельность, епархиальный архиерей немедленно входит в сношение с архиереями соседних епархий на предмет организации высшей церковной власти для нескольких епархий, находящихся в одинаковых условиях». Таким образом, был найден правомерный путь к сохранению канонического строя церковного управления, как бы трагически для Церкви ни развернулись события в стране.

4. Вскрытие мощей

Серьезным потрясением церковной жизни явилось повсеместное вскрытие мощей святых угодников Божиих. 1 февраля 1919 г. Наркомат юстиции издал постановление об организованном вскрытии мощей специальными комиссиями в присутствии священнослужителей, подтвержденном протоколом. Если обнаруживалось, что мощи не сохранились в целости, то это обстоятельство в целях атеистической пропаганды выдавалось за сознательный обман народных масс.

17 февраля Патриарх Тихон разослал епархиальным архиереям указ об «устранении поводов к глумлению и соблазну в отношении святых мощей... во всех тех случаях, когда и где это признано будет вами необходимым и возможным...». Но исполнение этого указа для многих архиереев оказалось затруднительным и рискованным делом – за противодействие вскрытию и осквернению мощей они представали перед ревтрибуналом.

В 1919-1920 гг. вскрыты были мощи святителей Митрофана Воронежского, Питирима Тамбовского, Иоанна Новгородского, преподобных Макария Калязинского, Евфимия Суздальского, Нила Столобенского. К осени 1920 г. было совершено 63 публичных осквернения мощей святых угодников Божиих.

Пытаясь предотвратить осквернение мощей преподобного Сергия Радонежского, Святейший Патриарх писал 2 апреля 1919 г. председателю Совнаркома: «По долгу пастырского служения заявляю вам, что всякое оскорбление религиозного чувства народа вызовет в нем естественную скорбь, справедливое негодование и может взволновать его даже в несравненно большей степени, чем все другие невзгоды жизни... Вскрытие мощей нас обязывает стать на защиту поругаемой святыни и вещать народу: Должно повиноваться больше Богу, нежели человекам (Деян. 5.30)».

Мощи преподобного Сергия Радонежского вскрыли 11 апреля 1919 г. Накануне перед воротами лавры собралась толпа богомольцев и молебны преподобному пелись всю ночь, пока проходило вскрытие. Утром народ впустили в лавру. Перед ракой с мощами святого горели свечи. В течение трех дней тысячи богомольцев подходили к раке и прикладывались к мощам преподобного.

Оберегая святыни Церкви, Патриарх Тихон обратился 10 марта 1920 г. в Совнарком с письмом, в котором говорилось, что «закрытие лаврских храмов и намерение вывезти оттуда мощи является вторжением гражданской власти во внутреннюю жизнь и верования Церкви», и противоречит декрету об отделении Церкви от государства, и «неоднократным заявлениям высшей центральной власти о свободе вероисповеданий».

Но благоприятной реакции на это письмо не последовало. Более того, 25 августа Наркомат юстиции издал очередной циркуляр местным исполкомам о передаче мощей в музеи: «Во всех случаях обнаружения шарлатанства, фокусничества, фальсификации и иных уголовных деяний, направленных к эксплуатации темноты как со стороны отдельных служителей культа, так равно и организаций бывших официальных вероисповедных ведомств, прокуратура возбуждает судебное преследование против всех виновных лиц, причем ведение следствий поручается следователям по важнейшим делам, а самое дело разбирается при условиях широкой гласности». Мощи многих святых были впоследствии со всей России перевезены в Ленинградский музей атеизма и религии, расположившийся в помещениях Казанского собора. Именно здесь чудесным образом были вновь обретены в 1991 г. святые мощи преподобного Серафима Саровского и святителя Иоасафа Белгородского.

5. Обновленчество

В годы гражданской войны в среде духовенства в епархиях центральной России появились группировки, призывавшие к «революции в Церкви» и к «всестороннему обновлению». Еще при Временном правительстве в Петрограде под покровительством обер-прокурора Синода В.Н. Львова был образован «Всероссийский союз демократического православного духовенства и мирян», издававший на синодальные средства газету «Голос Христа» и журнал «Соборный разум». В своих публикациях обновленцы ополчались на традиционные формы обрядового благочестия, на канонический строй церковного управления. Обосновались они в храме святых Захария и Елисаветы, где настоятелем служил священник Александр Введенский. Он писал в газете «Знамя Христа», что после избрания Патриарха в Церкви можно оставаться лишь для того, чтобы уничтожить патриаршество изнутри.

В 1919 г. священник Иоанн Егоров создает в Петербурге новую группировку под названием «Религия в сочетании с жизнью». В своей приходской церкви он самочинно вынес престол из алтаря на середину храма, изменял чинопоследования, пытался перевести богослужение на русский язык, учил о рукоположении «собственным вдохновением». Священник А. Боярский в Колпине под Петроградом организовал обновленческую группировку «Друзья церковной реформации». В 1921 г. священник Александр Введенский возглавил «Петербургскую группу прогрессивного духовенства». В среде епископата обновленцы нашли себе опору в лице заштатного епископа Антонина (Грановского), который совершал богослужения в московских храмах с соблазнительными новшествами, переделывая тексты молитв, за что вскоре и был запрещен Святейшим Патриархом в служении. Обновленческие движения имели место и в других городах: Пензе, Царицыне.

Деятельность авантюристов провоцировалась и направлялась ВЧК. «Церковь разваливается, – писал Ф. Дзержинский М. Лацису в декабре 1920 г., – этому нам надо помочь, но никоим образом не возрождать ее в обновленной форме. Церковную политику развала должна вести ВЧК, а не кто-либо другой. Лавировать может только ВЧК для единственной цели разложения попов». Вероятно, самыми большими успехами в своей «кропотливой работе» чекисты считали случаи публичного ренегатства. Так, в журнале «Революция и Церковь» было напечатано странное заявление диакона Носова о том, что он снимает с себя дарованный Николаем Романовым сан диакона и желает быть честным гражданином РСФСР. «Церковные законы и молитвы составлены под диктовку царей и капитала! Долой милитаризм, царей, капитал и попов! Да здравствует диктатура пролетариата!».

Давая отпор посягательствам раскольников всех мастей, Патриарх Тихон 17 ноября 1921 г. обратился к пастве с особым посланием «о недопустимости богослужебных нововведений в церковно-богослужебной практике». «Божественная красота нашего истинно назидательного в своем содержании и благодатно действенного церковного богослужения, как оно создано веками апостольской верности, молитвенного горения, подвижнического труда и святоотеческой мудрости и запечатлено Церковью в чинопоследованиях, правилах и уставе, должна сохраниться в святой Православной Русской Церкви неприкосновенно, как величайшее и священнейшее ее достояние».

Проверочные вопросы:

  1. Какие антицерковные декреты были приняты советской властью сразу после революции?
  2. Какие гонения на Церковь были воздвигнуты большевиками? Как реагировал на них Патриарх Тихон?
  3. В связи с чем в 1922 г. был издан декрет ВЦИК о принудительном изъятии церковных ценностей?
  4. Как возник раскол в Русской Православной Церкви на Украине?
  5. Какое постановление было принято Русской Православной Церковью в связи с тем, что в силу военных действий епархии становились оторванными от канонического центра?
  6. Для чего и как проходила компания по вскрытию мощей?
  7. Какую деятельность осуществляли обновленцы?

Источники и литература по теме

Основная учебная литература:

  1. Иларион (Алфеев), митр. Православие. Т. 1. (См.: Раздел I. История) [Электронный ресурс]. – URL: https://azbyka.ru/otechnik/Ilarion_Alfeev/pravoslavie-tom-1/  (дата обращения: 12.12.2017).
  2. Владислав Цыпин, прот. История Русской Церкви (1917-1997). [Электронный ресурс]. – URL: https://azbyka.ru/otechnik/Vladislav_Tsypin/istorija-russkoj-tserkvi-sinodalnyj-period/ (дата обращения: 12.12.2017).

Дополнительная литература:

  1. Дамаскин (Орловский), игум. Правда о гонениях на Русскую Православную Церковь в советский период. [Электронный ресурс]. – URL: http://orthoview.ru/goneniya-na-russkuyu-pravoslavnuyu-cerkov-v-sovetskij-period/ (дата обращения: 12.12.2017).
  2. Кривошеева К. Новомученики Русской Православной Церкви - члены Поместного Собора 1917-1918 гг. ПСТГУ. "Богословский сборник №6".

Видеоматериалы:

Димитрий Сафонов, прот. Лекция 31. Поместный собор 1917 - 1918 гг. и первые годы гражданской войны