7. Русская Церковь при митрополитах Петре и Феогносте

Цель занятия – рассмотреть состояние Русской Православной Церкви при митрополитах Петре и Феогносте.

Задачи:

  1. Рассмотреть личность, поставление и деятельность на митрополичьей кафедре свт. Петра.
  2. Рассмотреть церковную историю в период правления митрополита Феогноста.

План занятия:

  1. Совместно со слушателями вспомнить, каким было состояние Церкви при митрополитах Кирилле II и Максиме.
  2. Познакомить слушателей с содержанием занятия, используя иллюстрации и видеоматериалы.
  3. На основе проверочных вопросов провести обсуждение-опрос по теме занятия.
  4. Задать домашнее задание: прочитать основную литературу и, по возможности, ознакомиться с источником, дополнительной литературой и видеоматериалами.

Источники и литература по теме

Источники

  1. Димитрий Ростовский, свт. Житие святого Петра, митрополита Киевского и всея России. [Электронный ресурс]. – URL: https://azbyka.ru/otechnik/Dmitrij_Rostovskij/zhitija-svjatykh/1126 (дата обращения: 22.09.2017).

Основная учебная литература:

  1. Знаменский П.В. История Русской Церкви. М.: Крутицкое Патриаршее Подворье, 1996.
  2. Макарий Булгаков, митр. История Русской Церкви. [Электронный ресурс]. – URL: https://azbyka.ru/otechnik/Makarij_Bulgakov/istorija-russkoj-tserkvi/ (дата обращения: 22.09.2017).
  3. Федотов Г.П. Святые Древней Руси. М.: Московский рабочий, 1990.

Дополнительная литература:

  1. Карташев А.В. Очерки по истории Русской Церкви. В 2-х тт. Минск, 2007.

Ключевые понятия:

  • Собор;
  • Митрополит;
  • Митрополичья кафедра;
  • Орда.

Содержание (открыть)

Проверочные вопросы:

  1. Что вам известно о жизни свт. Петра до его поставления и об обстоятельствах его поставления?
  2. Что было предметом рассмотрения на Соборе в Переяславле Залесском?
  3. С чем было связано пребывание митр. Петра в Москве?
  4. Что происходило на юге Руси во время правления свт. Петра?
  5. Какое пророчество о возвышении Москвы принадлежит свт. Петру?
  6. Когда началось почитание свт. Петра?
  7. Как складывались отношения митр. Феогноста с Ордой?
  8. Какие действия предпринимал свт. Феогност для распространения Православия в Литве?

Иллюстрации:

Видеоматериалы:

Проф. В.И. Петрушко. Лекция 23. Монгольский период. Состояние Русской Церкви от митр. Кирилла II до святого митр. Ионы

Проф. А. Светозарский. История Русской Церкви. Выпуск 38. Литва и Русь в 13-14 веках

Проф. А. Светозарский. История Русской Церкви. Выпуск 39. Иерархия Русской Церкви монгольского периода, часть 3

 

 

1. Святитель Петр

2. Святитель Феогност

1. Святитель Петр

По смерти Максима один из игуменов (судя по месту действия, владимирский), именем Геронтий, взял его святительскую ризницу, утварь, самую икону, подаренную ему некогда игуменом Петром, а также церковных сановников и отправился в Константинополь искать себе поставления на Русскую митрополию. Это, конечно, он сделал не без согласия светских властей города Владимира и некоторых из духовенства: иначе трудно объяснить, как никто ему не возбранил распоряжаться митрополитскою ризницею и утварью и как решились сопутствовать ему церковные сановники, т. е., вероятно, митрополичьи бояре. Поступок Геронтия, когда огласился в России, не понравился очень многим, особенно же волынскому князю Георгию Львовичу. Не желая видеть первосвятителя в лице властолюбивого Геронтия и, может быть, недовольный переселением Киевских митрополитов на север России, Георгий «восхоте Галичскую епископию в митрополию претворити» и убедил ратского игумена Петра ехать к Цареградскому Патриарху с письмом от князя и с его послом.

Надобно заметить, что Петр родился на Волыни от благочестивых родителей. Семи лет он отдан был обучаться грамоте и сначала учился очень медленно и без усердия, а потом с таким успехом, что превзошел всех сверстников. Двенадцати лет поступил он в монастырь, где служил при пекарне, носил на себе дрова и воду для всей братии, мыл их власяницы, отличался кротостию, смирением и высокими подвигами поста и молитвы. Здесь он сильно пожелал научиться иконному письму «и бысть иконник чуден». Иконы свои он раздавал чрез своего наставника братии и некоторым христолюбцам, посещавшим обитель, а иногда и продавал, чтобы творить милостыню нищим. Чрез несколько лет после своего пострижения он удостоился за свое благочестие сана диаконского, а потом и пресвитерского, не переставая по-прежнему служить братии. Еще спустя несколько времени, по благословению своего наставника, удалился из обители и, обходя окрестные пустыни, нашел уединенное место на реке Рате, где построил церковь и основал монастырь. Новая обитель вскоре наполнилась иноками, и Петр, сделавшись ее игуменом, до того прославился своими подвигами, что сделался известным и князю, и вельможам, и всей Волынской стране. Потому-то, без сомнения, и пал на него выбор князя. Петр отправился в Константинополь после Геронтия, но прибыл туда прежде его. Случилось так, что, когда Геронтий сел на корабль и поплыл к Царьграду, поднялась сильная буря и долго носила корабль по морю; между тем как Петр взошел на другой корабль и благополучно достиг греческой столицы. Патриарх Афанасий, прочитав письмо от князя галицкого и выслушав его посла, с любовию принял Петра, немедленно созвал Собор для избрания его в митрополита Русского и рукоположил его. Чрез несколько дней прибыл наконец и Геронтий, истомленный бурею; но Патриарх, испытав его, не согласился его посвятить и сказал ему между прочим: «Не достоит миряном избрания святительския творити». Это новое доказательство, что Геронтий отправлялся в Грецию не без согласия светских властей страны Суздальской. Затем Патриарх взял у него святительские одежды, пастырский жезл, икону, писанную некогда Петром, и церковных сановников, и все передал Петру как действительному первосвятителю Киевскому и всея России, и вскоре отпустил его в отечество – это было в 1308 г. Таким образом, мысль волынского князя осуществилась только вполовину: игумен Петр сделан митрополитом, но епископия Галицкая не возведена на степень особой митрополии.

Святитель, говоря словами его современного жизнеописателя, «начал учить заблудших христиан, ослабевших по причине нашествия поганых иноверцев, толковал и излагал евангельские и апостольские писания, подобно Василию Великому, Иоанну Златоусту и Григорию, всюду являл свое смирение и тем утверждал истинную веру в христианах, обходя землю Волынскую, Киевскую и Суздальскую». Здесь в городе Владимире 5 июня 1309 г. он рукоположил Новгородского епископа Давида. Очень естественно, если некоторые, особенно в Суздальской земле, недовольные избранием Петра по воле одного князя галицкого, а может быть, и неуспехом своего избранника Геронтия и не зная личных достоинств нового архипастыря, не хотели принимать его; но вскоре они раскаялись и со смирением покорились ему. Остался, однако ж, один завистник – Тверской епископ Андрей, сын литовского князя Герденя, человек легкого ума и честолюбивый: он мог завидовать Петру, бывшему игумену галицкому, потому что, епископствуя в городе и области, где княжил тогда великий князь всея России (Михаил Тверской), сам, может быть, тайно желал и рассчитывал занять престол Русской митрополии. Как бы то ни было, только Андрей не устыдился сделать ложный донос на святителя Петра Константинопольскому патриарху Афанасию. Патриарх послал в Россию одного из своих клириков, мужа сановитого, мудрого и рассудительного, и повелел рассмотреть дело на Соборе. Собор составился (не позже 1311 г.) в Переяславле Залесском, и на Соборе присутствовали, кроме митрополита и епископа Андрея, Ростовский епископ Симеон, два сына великого князя тверского Димитрий и Александр, многие другие князья, вельможи и воеводы, множество игуменов и священников. Когда патриарший клирик объявил о доносе на святителя и самый донос был прочитан, тогда восстало на Соборе сильное волнение, так что для укрощения его святой Петр сказал присутствующим: «Братие и чада! Я не лучше пророка Ионы; если ради меня великое смятение, изгоните меня, да утихнет молва». Все желали знать, кто это взвел на человека Божия такие клеветы, и виновник скоро сделался известным, посрамленный и уничиженный. Но святой Петр не сделал ему никакого зла, а только сказал: «Мир тебе, чадо, не ты сотворил это, а дьявол». По окончании Собора святитель еще с большею ревностию начал учить не только грады, но и веси, проходя все места и забывая труды и болезни свои в попечении о духовном стаде.

В 1313 г. святой Петр должен был идти в Орду вместе с великим князем Михаилом Ярославичем по случаю восшествия на престол царя Узбека, чтобы испросить у него подтверждение прежних льгот, дарованных ханами Русской Церкви; был принят новым царем с великою честию и скоро отпущен, а чрез два года получил от него и ярлык, вероятно привезенный возвратившимся тогда из Орды великим князем. По пришествии в отечество первосвятитель, уже дряхлый летами, продолжал вести свою прежнюю странническую жизнь, передвигаясь с места на место, везде наставлял иереев, иноков, мирян и, между прочим, обличил какого-то еретика Сеита, мудрствовавшего противно православной вере и Церкви, и, как не покорившегося истине, предал его проклятию.

Во время этих своих путешествий Петр узнал скромный городок Москву и сильно полюбил княжившего в ней Иоанна Даниловича Калиту, милостивого к церквам и нищим, очень сведущего в святых книгах и послушного Божественному учению. Почему и начал проживать в ней более, чем в других местах: в 1325 г. он уже в Москве рукоположил Новгородского архиепископа Моисея и вместе с другими святителями похоронил тело князя Юрия Даниловича, убитого в Орде.

Пребывание митрополита в Москве давало этому городу значение главного города всей земли, потому что князей было много, а митрополит был один; кроме того, кафедра митрополичья способствовала возрастанию и обогащению Москвы, отовсюду привлекая к себе людей, имевших нужду до верховного святителя; наконец, митрополит, естественно, должен был действовать постоянно в пользу того князя, в городе которого жил.

Между тем южная Русь подпала под владычество Литвы и окончательно потеряла свое первенствующее значение в церковной жизни. С 1315 г. литовским князем сделался знаменитый Гедимин и еще при жизни святителя Петра овладел всей Волынью и Киевом. С этого времени к заботам об отношениях к монголам у митрополитов присоединяются еще новые заботы об отношениях к Литве.

Приближаясь к могиле, угодник Божий дал совет любимому князю соорудить в Москве каменную церковь Пресвятой Богородицы и для убеждения его сказал пророчески: «Если ты послушаешь меня, сын мой, то и сам прославишься более иных князей с родом твоим, и град твой будет славен между всеми городами русскими, и святители поживут в нем, и кости мои здесь положены будут». Церковь была заложена и быстро воздвигалась; святитель успел устроить в ней для себя гроб собственными руками близ жертвенника, но не дожил до окончания ее и предал дух свой Богу 20 декабря 1326 г. Пред смертью он завещал для совершения этой церкви, где и был погребен, значительную сумму, раздав все прочее свое имение нищим, черноризцам, священникам и вообще церковникам и своим домочадцам. Нельзя не остановить внимания на том обстоятельстве, что погребение святителя совершал епископ Луцкий Феодосии, прибывший к нему, без сомнения, прежде по делам епархиальным – доказательство, что и галицкие епископии находились еще в подчинении Киевскому митрополиту. На переселение святителя Петра в Москву должно смотреть так же, как на переселение двух его предместников во Владимир: это было их личное переселение, а отнюдь не перенесение самой кафедры митрополитской в тот или другой город, которое, как увидим, только в некотором смысле совершилось уже впоследствии. Святой Петр был также митрополитом Киевским и всея России и хотя мало жил во Владимире, но, подобно предшественнику, управлял епархиею Владимирскою, а не Московскою, еще не существовавшею.

Почитание митрополита Петра, и притом первого из русских (Киевских) митрополитов, установилось непосредственно по его кончине (21 декабря 1326 г.). Уже при погребении его начали совершаться чудеса, и через несколько дней великий князь Иван Калита послал во Владимир грамоту о них. Его житие составлено епископом Прохором Ростовским в первый же год после кончины. Несомненно, личность митрополита Петра произвела сильное впечатление на современников, несмотря на то, что он был на великорусском Севере пришлым человеком (с Волыни) и имел врагов – в лице Твери и ее епископа, боровшихся с Москвой. О пастырском служении Петра, к сожалению, мы знаем немного. Это немногое говорит о его учительности, о его путешествиях и попечении о пастве, «ослабевшей из-за поганых иноверцев» (татар). Его национальное значение связано с предпочтением Москвы – еще не в качестве митрополии, а лишь места своего погребения. Молодая Москва тогда «честна лишь кротостию», а не славой. После преподобного Сергия митрополит Петр, быть может, был самым чтимым из московских святых.

2. Святитель Феогност

Замечательное известие сообщает древнейший жизнеописатель святого Петра, не сохранившееся в других о нем сказаниях, именно то, что он сам при жизни своей избрал себе преемника – какого-то архимандрита Феодора, «егоже воименова на митрополию», пользовавшегося близостию к нему и удостоившегося быть единственным свидетелем его блаженной кончины. Но одно из двух: или этот архимандрит не ходил в Царьград, чтобы просить себе митрополитского сана, или ему отказали. В 1328 г. прислан в Россию от Патриарха новый митрополит – грек по имени Феогност. Сначала он посетил Киев, где находилась его первосвятительская кафедра, потом прибыл во Владимир Суздальский, где была кафедра его как епархиального иерарха, наконец – в Москву, где и поселился в доме своего предместника святого Петра. Не должно казаться странным, что наши митрополиты избирали для своего жительства город, не заключавший в себе их кафедры: тогда и великие князья наши поступали подобным образом. Все они, хотя восходили на главный престол русский в великокняжеской столице Владимире, но некоторые жили в своих удельных городах (Димитрий Александрович – в Переяславле Залесском, Михаил Ярославич – в Твери). Сам Иоанн Данилович Калита, возведенный на великокняжеский престол всей России в том же году, когда Феогност возведен на стол митрополии Русской, оставался жить в Москве.

Среди трудных обстоятельств суждено было святительствовать Феогносту в Русской земле. В северной части ее с восшествием на великокняжеский престол Иоанна Даниловича начиналась заря лучшего порядка вещей для отечества и для Церкви; зато юго-западные области России образовали особое великое княжество – Литовское и подпали под власть язычника Гедимина (с 1320 г.); в частности, княжество Галицкое покорилось сперва (1336) мазовецкому князю и вскоре (1340) польскому королю, исповедовавшему римскую веру. Святой Феогност, как пастырь мудрый и ревностный, употреблял все меры, чтобы, с одной стороны, содействовать московскому князю, стремившемуся к благу России и Православной Церкви, а с другой, – чтобы во всех русских епархиях, находившихся теперь в трех различных царствах, сохранить единство веры и древний церковный порядок.

В 1329 г. митрополит прибыл в Новгород, где находился тогда великий князь Иоанн со многими другими князьями по очень важному делу. Хан, отпуская из Орды Иоанна и новгородских послов, обязал их, чтобы они представили ему тверского князя Александра Михайловича. Александр бежал в Псков и псковичи не хотели выдать его, несмотря на все убеждения Новгородского владыки Моисея и послов великокняжеских и новгородских. Великий князь, чтобы предотвратить гнев ханский от себя и от России, двинулся на непокорных с войском, но, не желая проливать крови, упросил митрополита подействовать на них силою церковной анафемы, если они не прекратят своего упорства. Псковичи смирились. Александр уехал в Литву, и митрополит, разрешив их от клятвы, преподал им свое благословление. Вскоре, однако ж, жители Пскова снова приняли к себе Александра и даже признали его своим князем, отделившись от Новгорода. А чтобы отделиться от него и в церковном отношении, избрали себе особого епископа Арсения, которого и послали для поставления к митрополиту. Просьбу их поддерживал, кроме Александра, сам великий князь литовский Гедимин. Но митрополит не согласился исполнить волю псковитян, действовавших вопреки московскому князю, и изменить древний распорядок епархий, хотя нельзя не сознаться, что учреждение во Пскове особой епископской кафедры могло бы иметь весьма благодетельные последствия как для лучшего устроения церковных дел в самой Псковской области, так и для распространения Православия в соседственной Литве. В это время (1329-1331) мы видим Феогноста в Киеве и потом в земле Волынской, где оставался он довольно долго, оттуда он присылал послов своих к новгородцам звать к себе на поставление новоизбранного ими владыку Василия и по прибытии последнего рукоположил его во Владимире Волынском. В рукоположении участвовали епископы почти всех юго-западных епархий, т. е. не только Владимирский и соседние Холмский и Перемышльский, которые могли быть приглашены собственно для этого священнодействия, но и Галицкий, и даже Полоцкий – собрание всех их митрополитом, без сомнения, имело целью устроение церковных дел их собственного края. Там же поставил Феогност и епископа Тверского Феодора.

Отношения к Орде и к Греции были предметом новых попечений и трудов святого Феогноста. В Орду ходил он два раза: в первый раз, спустя пять лет по вступлении своем на митрополитскую кафедру (1333), может быть, для того, чтобы получить от хана Узбека утверждение в своем звании; в другой раз в 1342 г. по случаю воцарения нового хана, сына Узбекова Чанибека. В этот последний раз пребывание в Орде было для митрополита крайне неприятно. Какие-то злые люди из русских оклеветали его пред ханом, будто он, митрополит, получает большие доходы с духовенства и имеет много золота и серебра. Чанибек начал требовать от него, чтобы он ежегодно платил дань за себя и за все духовенство, Феогност не соглашался. Тогда царь передал его татарам, которые долго понуждали его к тому, даже истязали и мучили, но первосвятитель перенес все и, раздав главнейшим из своих мучителей до шестисот рублей, возвратился в отечество с двумя новыми ярлыками от хана Чанибека и от жены его Тайдулы, которыми подтверждались все прежние льготы Русской Церкви и духовенства. За этот подвиг Феогноста на пользу Церкви особенно прославляли его благочестивые соотечественники.

В Грецию он путешествовал только однажды – в 1333 г. В самой Греции происходили тогда церковные смуты, которые были очень неблагоприятны для Церкви Русской. Все духовенство греческое занято было спорами о свете фаворском, возбужденными, с одной стороны, Варлаамом и Акиндином, а с другой – преподобным Григорием Паламою. В Константинополе составляемы были Соборы (1341-1345) в защиту то одной, то другой стороны, в которых принимали участие и императоры. Сам патриарх Иоанн XIV держался мнений Варлаама и Акиндина и предавал анафеме последователей Паламы. Волнение обнимало всю столицу. Во время этих-то смут открыта была особая митрополия в Галиче с подчинением ей всех епархий Волыни, или, по-тогдашнему, Малой России: Владимирской, Холмской, Перемышльской, Луцкой и Туровской. Главным действователем при этом был епископ Галицкий (вероятно, Феодор), который употребил все меры, чтобы достигнуть своей цели. Слухи об открытии Галицкой митрополии, естественно, огорчили митрополита Феогноста и великого князя московского Симеона, и они, посовещавшись между собою, отправили в 1346 г. послов к патриарху «о благословении». Митрополит писал еще о каких-то преступлениях Галицкого епископа, о которых он уже извещал Патриарха и прежде. Обстоятельства оказались благоприятными. В январе 1347 г. взошел на константинопольский престол новый император – Иоанн Кантакузен и тогда же патриарх Иоанн XIV Собором низведен с своей кафедры за последование Варлааму и Акиндину. В следующем месяце кафедру эту занял Исидор Бухир, которого Иоанн XIV предавал анафеме за приверженность к Паламе и который, как только сделался Патриархом, немедленно начал отменять все, сделанное его предшественником. В августе того же года император издал золотую буллу, в которой извещал, что открытие в Галиции особой митрополии есть нововведение, совершившееся незадолго пред тем во время смутных обстоятельств в Византии; что отныне «святейшие епископии, находящиеся в стране Малой России, называемой Волынью, именно: Галицкая, Владимирская, Холмская, Перемышльская, Луцкая и Туровская», должны подчиняться святейшей митрополии Киевской и всея России, и что это делается по просьбе великого князя русского Симеона и других князей как в силу с давнего времени укоренившегося церковного обычая, так и ради «добродетельной и богоугодной жизни святейшего митрополита Киевского, препочтенного и экзарха всей России Феогноста». Соответственно царской булле и Патриарх с своим Собором постановил подчинить вновь и навсегда означенные волынские епископии Киевскому митрополиту, отменить прежнее соборное определение относительно Галицкой митрополии и утвердить, чтобы это новое постановление было соблюдаемо и всеми будущими Цареградскими Патриархами и Русскими митрополитами. Вслед за тем император известил нашего великого князя и митрополита особыми посланиями об изданной им булле и состоявшемся по ней соборном определении и, называя открытие Галицкой митрополии нововведением, приписывал это преимущественно злонамеренности прежде бывшего Цареградского патриарха, а митрополиту Феогносту писал еще, чтобы он или сам, если может, приехал в Константинополь, или прислал доверенных людей, которые бы могли присутствовать при производстве суда над Галицким епископом и свидетельствовать о его преступлениях. Еще яснее и подробнее император тогда же объяснил все дело относительно Галицкой митрополии волынскому князю Владимиру Любарту в следующем письме: «Ты знаешь, что с самого того времени, как народ русский познал Бога и просветился святым Крещением, утвердилось обычаем и узаконено, чтобы на всю Россию, Великую и Малую, был один митрополит Киевский и чтобы он рукополагал епископов во все святейшие епископии. И ежели некоторые решались иногда нарушить этот порядок, то не могли довести до конца своего намерения, ибо едва только совершалось нарушение, тотчас же следовало и восстановление прежнего порядка и прежнего обычая, как это знаете и вы. Между тем незадолго пред сим архиерей Галицкий, несмотря на то что на него возводимы были обвинения, в которых он должен был дать ответ пред святейшим митрополитом Киевским, препочтенным и экзархом всея России, кир Феогностом, пришедши сюда, воспользовался бывшим тогда временем нестроения. Обратившись к бывшему патриарху Константинопольскому, который по злонамеренности сделал много и другого, противного Божественным и священным канонам, заискавши вместе и у разных лиц, худо и нерадиво управлявших государством, которые и были виновниками упомянутого нестроения, потому что искали не общественной пользы, а только удовлетворения собственным желаниям, тот Галицкий архиерей возведен был из епископа в митрополита и получил под власть свою и другие, находящиеся в Малой России, святейшие епископии. Но как ныне по благословлению Божию дела опять приведены в надлежащее состояние и сам бывший патриарх Константинопольский низвержен с кафедры за свои проступки и за управление, противное Божественным и священным канонам, а избран и поставлен по определению Собора Вселенский патриарх, признанный достойным того и способным за его добродетель и богоугодную жизнь, равно отвергнуто и то, что сделал прежний патриарх Константинопольский вопреки Божественным и священным канонам; то постановлено моим царским определение и соборным решением, чтобы святейшие епископии – Галицкая и другие – подчинялись власти святейшей митрополии Киевской, как прежде, чтобы архиерей Галицкий явился сюда и чтобы с ним после расследования его дела поступлено было так, как окажется справедливым и сообразным с канонами. Посему извещает тебя мое царское величество, чтобы ты позаботился выслать и препроводить сюда архиерея Галицкого. А святейшего митрополита Киевского, препочтенного и экзарха всей России, примите отныне как истинного и законного митрополита – пусть он делает в отношении сих святейших епископий и поставленных над ними боголюбезнейших епископов что следует и что сообразно с канонами и как делалось прежде. И если вы по христианству, которое содержите, по чувству благочестия и, будучи покорны и послушны святой Божией Церкви, охотно приняли церковные грамоты, извещавшие, что архиерей Галицкий сделан митрополитом, то и ныне, когда объявляет та же святая Божия Церковь и определяет и мое царское величие, чтобы восстановился прежний порядок, примите и это с радостию, как должное и относящееся к вашей душевной пользе. Да будет все, как извещает вас мое царское величие». Одновременно с императорским письмом к галицкому князю Любарту Патриарх отправил и свое послание к Галицкому митрополиту и обязывал его без отлагательства немедленно явиться на суд в Константинополь. Чем кончился этот суд и какова была последующая судьба этого митрополита – неизвестно. Но митрополит Феогност, получив вновь под свое ведение волынские епархии, вскоре предпринял дальнее путешествие для обозрения их и возвратился из Волыни уже в следующем году.

Святой Феогност успокоился, но ненадолго. В 1352 г. какой-то инок по имени Феодорит прибыл, может быть из России, в Константинополь и начал искать себе поставления на кафедру Русской митрополии, уверяя, что Феогност скончался. Патриарх, после тщательного исследования убедившись в противном, предложил искателю повременить, пока он пошлет на место и узнает истину о Феогносте. Но Феодорит, чувствуя свой обман, бежал из Царьграда в Тернов, где был тогда особый патриарх Болгарский, и нашел для себя здесь то, чего не надеялся более найти в Византии. Возведенный в сан митрополита Русского, честолюбец пришел в Россию и поселился в Киеве, у митрополитской кафедры. Этот поступок, равно противозаконный и со стороны Терновского патриарха, и со стороны Феодорита и никогда доселе не случавшийся в Русской Церкви, произвел крайнее огорчение как в Константинополе, так и в Москве. Цареградский Патриарх с другими иерархами немедленно осудил Феодорита и разослал в разные места России послания, убеждая «не принимать его, как низложенного Божественными канонами и Божественным и священным Собором». А митрополит Феогност и великий князь русский Симеон поспешили отправить своих послов к Патриарху и греческому императору с просьбою, чтобы на Русскую митрополию, когда она сделается праздною, был поставлен не кто другой, как избранный уже в России епископ Владимирский Алексий.

Между тем святому Феогносту суждено было испытать еще скорбь со стороны Новгорода. Любя свободу и независимость, не желая подчиняться ни московскому князю, ни литовскому и никакому другому, новгородцы могли тяготиться и церковною зависимостию от митрополита, особенно когда замечали, что он держит сторону какого-либо князя против них. Так и случилось в 1341 г. Великий князь московский Симеон, вступив с войском своим в Торжок, принудил новгородцев заплатить ему значительную дань, которая казалась для них несправедливою и позорною. При великом князе в Торжке они видели и Феогноста, разумеется, как его единомышленника. Неудивительно, если вскоре за тем, удостоившись посещения митрополита, они приняли его очень неохотно, и местный летописец, прислушиваясь к мнению народа, внес в свою летопись следующие слова: «Приеха митрополит Феогност гречин в Новгород с многими людьми, тяжко же бысть владыце и монастырем кормом и дары». Но это только начало. В 1353 г. неудовольствие новгородцев против митрополита обнаружилось гораздо яснее: владыка их Моисей отправил послов в Царьград к царю и Патриарху, прося от них «исправления о непотребных вещех, приходящих с насилием от митрополита». В чем состояли эти насилия со стороны митрополита и точно ли они были, летописи не говорят. И святой Феогност не дождался последствий как своего посольства в Царьград относительно своего преемника, так и посольства Новгородского владыки: после продолжительной болезни первосвятитель скончался 11 марта 1353 г. от свирепствовавшей тогда язвы, известной под именем черной смерти, и через три дня погребен в московском Успенском соборе неподалеку от своего предшественника – святого Петра.

Проверочные вопросы:

  1. Что вам известно о жизни свт. Петра до его поставления и об обстоятельствах его поставления?
  2. Что было предметом рассмотрения на Соборе в Переяславле Залесском?
  3. С чем было связано пребывание митр. Петра в Москве?
  4. Что происходило на юге Руси во время правления свт. Петра?
  5. Какое пророчество о возвышении Москвы принадлежит свт. Петру?
  6. Когда началось почитание свт. Петра?
  7. Как складывались отношения митр. Феогноста с Ордой?
  8. Какие действия предпринимал свт. Феогност для распространения Православия в Литве?

Источники и литература по теме

Источники

  1. Димитрий Ростовский, свт. Житие святого Петра, митрополита Киевского и всея России. [Электронный ресурс]. – URL: https://azbyka.ru/otechnik/Dmitrij_Rostovskij/zhitija-svjatykh/1126 (дата обращения: 22.09.2017).

Основная учебная литература:

  1. Знаменский П.В. История Русской Церкви. М.: Крутицкое Патриаршее Подворье, 1996.
  2. Макарий Булгаков, митр. История Русской Церкви. [Электронный ресурс]. – URL: https://azbyka.ru/otechnik/Makarij_Bulgakov/istorija-russkoj-tserkvi/ (дата обращения: 22.09.2017).
  3. Федотов Г.П. Святые Древней Руси. М.: Московский рабочий, 1990.

Дополнительная литература:

  1. Карташев А.В. Очерки по истории Русской Церкви. В 2-х тт. Минск, 2007.

Видеоматериалы:

Проф. В.И. Петрушко. Лекция 23. Монгольский период. Состояние Русской Церкви от митр. Кирилла II до святого митр. Ионы

Проф. А. Светозарский. История Русской Церкви. Выпуск 38. Литва и Русь в 13-14 веках

Проф. А. Светозарский. История Русской Церкви. Выпуск 39. Иерархия Русской Церкви монгольского периода, часть 3