Иосиф. Встреча Иосифа с отцом и братьями

Семь урожайных лет сменились неурожайными. Голод распространился далеко за пределы Египта, и из разных стран потянулись туда караваны за покупкой хлеба. Сыновья престарелого Иакова также вынуждены были ехать в Египет, который в это время вел обширную хлебную торговлю с Ханааном и другими соседними странами. Им, конечно, трудно было узнать Иосифа, теперь уже возмужалого и окруженного всем придворным египетским блеском. Сами же они по-прежнему носили пастушескую одежду, которую так хорошо помнил Иосиф, и потому он сразу узнал в них своих братьев. Но между ними не было Вениамина. Не убили ли они или не продали ли также и другого сына Рахили, его единственного,  родного по матери брата? — мелькнула в нем тяжелая мысль. Чтобы дать им почувствовать хоть сколько-нибудь тяжесть того состояния, в какое он сам некогда был поставлен ими, а также разузнать истину касательно своего младшего брата, Иосиф не мог найти лучшего средства, чем объявить их шпионами. Египет постоянно должен был опасаться неприятельского нападения с северо-востока, для предотвращения которого восточная граница государства была защищена большой укрепленной стеной, подобно той стене, какою Китай защищен был от набегов монголов. Чтобы оправдаться от такого тяжкого подозрения, они должны были оставить заложника до тех пор, пока не привезут с собой своего младшего брата. В качестве заложника оставлен был второй брат Симеон, а не старший Рувим, и этим, быть может, Иосиф хотел припомнить последнему его доброе чувство, заставившее его некогда стараться о спасении своего брата. Горько было престарелому Иакову слушать переданную ему сыновьями повесть о суровом обхождении с ними египетского владыки, оставившего одного из них себе в заложники; но еще тяжелее было расставаться с Вениамином. Нужда, однако же, заставила решиться и на это. Он отпустил Вениамина, но вместе с тем желал задобрить египетского властелина своими дарами.

По прибытии в Египет с Вениамином братья вдруг были потребованы прямо во дворец египетского властелина.

Их ввели в богато изукрашенную столовую, блистающую золотом и цветами и убранную с царским великолепием. При виде Вениамина закипело в Иосифе братское чувство, и он должен был удалиться во внутренние покои, чтобы скрыть выступавшие слезы.  Он радовался вдвойне, радовался и за своих братьев, что они не оказались столь же жестокими к Вениамину, как некогда к нему самому. Братья по восточному обычаю поклонились великому сановнику до земли и поднесли ему привезенные дары. Во время обеда (за которым присутствовал и Симеон) Иосиф сидел за отдельным столом, как требовалось достоинством его сана. Кушанья подавались гостям со стола хозяина, как требовал церемониал, и Иосиф при этом отделял Вениамину самую большую порцию, как это вообще делалось в Египте по отношению к лицам, пользующимся особенною благосклонностью хозяина.

На следующий день Иосиф приказал своему домоправителю, чтобы он снова положил деньги в мешок каждого из братьев, а в мешок Вениамина велел сверх того положить свою серебряную чашу. Едва сыновья Иакова вместе с навьюченными ослами очутились за пределами города, Иосиф послал за ними в погоню своего домоправителя. Братья очень испугались, когда их внезапно окружила вооруженная стража во главе с домоправителем. Слуга Иосифа с грозным видом подошел к братьям и обвинил их в краже серебряной чаши наместника.

Братья, разумеется, горячо возражали и, согласившись, чтобы их обыскали, заявили: «У кого из рабов твоих найдется [чаша], тому смерть, и мы будем рабами господину нашему» (Быт. 44:9). Но домоправитель ответил, что он отведет в тюрьму только вора, который и станет рабом господина, а все остальные будут свободны. Каково было удивление братьев, когда серебряную чашу извлекли из мешка Вениамина! Сыновья Иакова в отчаянии рвали на себе одежды и оплакивали свою злосчастную судьбу. Они решили не покидать Вениамина в беде и вместе с ним вернулись во дворец Иосифа. Увидев Иосифа, они пали ему в ноги и умоляли, чтобы он оставил их в рабстве вместе с Вениамином. Но египетский начальник не пожелал принять их жертву и настаивал, чтобы один только Вениамин понес наказание. Тогда вышел вперед Иуда и, обращаясь к Иосифу, произнес трогательную речь, в которой говорил о смертельной скорби души их отца Иакова от потери последнего сына любимой им жены Рахили. В заключение он сказал: «Итак пусть я, раб твой, вместо отрока останусь рабом у господина моего, а отрок пусть идет с братьями своими…» (Быт. 44:33).

 
Франсуа Жерар. Иосифа признают братья
 
Франсуа Жерар. Иосифа признают братья
 

Видя, что единокровные братья оказались достойными людьми, Иосиф больше уже не мог скрывать свои чувства. Он удалил из комнаты всех египтян и открыл братьям, кто он. «Я — Иосиф, жив ли еще отец мой?» — громко рыдая, сказал он своим братьям. Братья смутились, их охватил ужас, а Иосиф продолжал: «Подойдите ко мне… я — Иосиф, брат ваш, которого вы продали в Египет; но теперь не печальтесь и не жалейте о том, что вы продали меня сюда, потому что Бог послал меня перед вами для сохранения вашей жизни» (Быт. 45:3–5). Он нежно целовал каждого брата, но с особенно теплым чувством обнял Вениамина, любимого брата. Затем, когда он вытер слезы радости, сказал братьям: «Идите скорее к отцу моему и скажите ему: так говорит твой сын Иосиф: Бог поставил меня господином над всем Египтом; приди ко мне, не медли; ты будешь жить в земле Гесем; и будешь близ меня, ты, и сыны твои, и сыны сынов твоих, и мелкий и крупный скот твой, и все твое; и прокормлю тебя там, ибо голод будет еще пять лет, чтобы не обнищал ты и дом твой, и все твое» (Быт. 45:9–11).

Весть о необычайной встрече Иосифа со своими братьями быстро дошла до царского дворца. Фараон разрешил Иосифу перевести из Ханаана всех родственников и послать за ними колесницы, чтобы легче им было переезжать. Иосиф сделал так, как повелел ему фараон. Кроме того, он щедро одарил дарами всю свою семью и выдал им много хлеба на дорогу. Когда сыновья прибыли в Ханаан и рассказали отцу, какое приключение произошло с ними во дворце фараона, он сначала не поверил и убедился лишь тогда, когда увидел привезенные дары и царские колесницы. Плача от радости, он сказал: «Довольно… еще жив сын мой Иосиф, пойду и увижу его, пока не умру» (Быт. 45:28). И вот, тихо по­тянулся караван сынов израилевых по направлению к Египту, сопровождаемый всем «домом» Иакова, состоявшим из семидесяти душ, домочадцами и стадами. Услышав о приближении каравана, Иосиф сел в колесницу и, окруженный блистательной свитой, выехал на встречу своему престарелому отцу и, увидев его, «пал на шею его и долго плакал на шее его».

 

По материалам:
 
Лопухин А. Библейская история Ветхого Завета.

Вениамин (Пушкарь), епископ. Священная Библейская история Ветхого Завета