28. Великий раскол. Основные догматические отличия римо-католиков

Цель занятия – рассмотреть различия между Восточной и Западной Церквями и события, приведшие к окончательному расколу между ними.

Задачи:

  1. Рассмотреть различия между Восточной и Западной Церквами.
  2. Рассмотреть события, положившие начало Великому расколу и события, его определившие.

План занятия:

  1. Совместно со слушателями вспомнить из предыдущих тем, что предпринимали папы для установления своего главенства во Вселенской Церкви.
  2. Познакомить слушателей с содержанием занятия, используя иллюстрации и видеоматериалы.
  3. На основе проверочных вопросов провести обсуждение-опрос по теме занятия.
  4. Задать домашнее задание: прочитать основную литературу, источник, ознакомиться с дополнительной литературой и видеоматериалами.

Источники и литература по теме

Источники:

  1. Фотий Константинопольский, свт. Слово тайноводственное о Святом Духе. [Электронный ресурс]. – URL: https://azbyka.ru/otechnik/Fotij_Konstantinopolskij/slovo_o_svyatom_Duhe/ (дата обращения: 11.02.2017).

Основная учебная литература:

  1. Тальберг Н.Д. История Христианской Церкви. – К.: Изд. «Общество любителей православной литературы», 2008 г.
  2. Дворкин А.Л. Очерки по истории Вселенской Православной Церкви. Курс лекций. – Н.Новогород: Христианская библиотека, 2014.

Дополнительная литература:

  1. Асмус В., прот. Лекции по истории Церкви. [Электронный ресурс]. – URL: https://www.predanie.ru/asmus-valentin-valentinovich-protoierey/book/69781-lekcii-po-istorii-cerkvi/#toc2 (дата обращения: 10.02.2017).
  2. Иоанн Мейендорф, прот. Введение в святоотеческое богословие. [Электронный ресурс]. – URL: https://azbyka.ru/otechnik/Ioann_Mejendorf/vvedenie-v-svjatootecheskoe-bogoslovie/27 (дата обращения: 11.02.2017).

Ключевые понятия:

  • Восточная Церковь;
  • Западная Церковь;
  • Догмат;
  • Обряд;
  • Ересь;
  • Filioque.

Содержание занятия (открыть)

Проверочные вопросы:

  1. Чем изначально отличались Восточная и Западная Церкви?
  2. Каким образом низложение патриарха Игнатия и возведение на Патриарший престол св. Фотия спровоцировало противостояние между папой Римским и Константинопольским патриархом?
  3. Как отреагировали в Константинополе на стремление папы Николая быть судьей над Восточной Церковью?
  4. Какие споры между Константинопольской и Римской Церквами имели место по поводу Болгарской Церкви?
  5. Какой собор считается на Западе восьмым вселенским? Какие решения были на нем приняты?
  6. Какие изменения произошли после того, как свт. Фотий во второй раз занял Патриарший престол?
  7. Каким образом клюнийское движение способствовало разделению Церквей?
  8. Какие можно выделить богослужебно-бытовые и вероучительные различия между Восточной и Западной Церквами?
  9. Как продолжилось противостояние при патриархе Михаиле Керуларии?
  10. Как произошел окончательный раскол Церкви? Каким образом это ощущалось и осознавалось современниками?

Иллюстрации:

Видеоматериалы:

 

 

 

 

 

 

 

1. Отличия Восточной и Западной Церквей

2. Начало разделения

3. Окончательное разделение Церквей в XII веке

1. Отличия Восточной и Западной Церквей

Римская империя в дохристианский и христианский периоды резко разделялась на две части - восточную и западную. Это разделение обусловливалось разнородностью населения в той и другой части; в первой преобладало греческое население, во второй – латинское или олатинившееся, каждое со своим особым характером и направлением жизни и деятельности. Христианская Церковь, распространившаяся во всей империи, в силу различия населения, а отсюда и различия народных характеров, нравов, наклонностей, воззрений и т.п., также заметно распадалась на две части – восточную и западную. С самых ранних христианских времен мы видим в Восточных и Западных церквах некоторые отличительные особенности, из которых наиболее видимой является различие направлений церковного просвещения. Восточные Церкви, допуская участие разума в деле веры, раскрывали и объясняли основы христианского вероучения научным путем. Западные, - напротив, отрицая участие разума в деле веры, по большей части, избегали научных исследований о догматах веры и вообще не интересовались отвлеченными богословскими вопросами; но зато обращали большое внимание на внешнюю сторону христианства – на обряды, дисциплину, управление, отношение Церкви к государству и обществу и т.п. В Восточных Церквах, при разрешении догматических вопросов, появились ереси; на Западе, поскольку там богословскими вопросами не интересовались, ересей практически не было; при отсутствии разумного понимания христианства возникали только расколы. Восточная иерархия стремилась опровергнуть все ереси и установить православное вероучение на прочных началах; Западная – старалась всевозможными средствами сохранить церковные порядки, поставить себя в независимое положение от светской власти и усилить свое влияние на общество и государство. Словом, в Восточной Церкви были свои интересы и стремления, в Западной – свои.

Различия между византийцами и латинянами можно разделить на две категории: богослужебно-бытовую и вероучительную. Вот их краткий перечень (в то время две стороны чаще всего обозначали друг друга как «франки» и «греки»; для удобства мы также будем прибегать к этой терминологии).

Различия богослужебные и бытовые:

1) латиняне постились по субботам, греки нет. Для франков византийский отказ от субботнего поста казался распущенностью; а византийцы, в свою очередь, обвиняли франков в иудаистических тенденциях;

2) латиняне совершали Евхаристию в Великий пост, что для греков было совершенно недопустимым;

3) На Западе было принято употреблять в пищу кровь. Византийцы видели в этом нарушение решений апостольского собора (Деян.15);

4) византийцы, бывающие на Западе, часто могли видеть клириков с оружием в руках и даже клириков, принимающих участие в битвах. Представители Восточных Церквей видели в этом нарушение целого ряда канонов множества соборов, в том числе и Вселенских, запрещающих клирикам не только проливать кровь, но и вообще служить в армии и брать в руки оружие;

5) восточные клирики носили бороды, западные брились. Вообще, на Востоке брадобритие ассоциировалось с желанием выглядеть женственно. Отсюда понятно, какие подозрения вызывали у восточных гладко выбритые западные епископы и священники;

6) на Западе и на Востоке были различные формы тонзуры для клириков: на Востоке лишь выбривали на затылке «гуменцо», а на Западе подбривали волосы и снизу, делая некое подобие тернового венца Христова;

7) на Востоке приходские священники были женатыми. На Западе, настаивающем на целибате, это считалось грехом николаитизма;

8) по законам Византийской империи допускался развод, но не позволялось более трех последовательных браков. На Западе развод исключался совершенно, зато количество последовательных браков в случае смерти одного из супругов не ограничивалось вовсе;

9) на Востоке по окончании Евхаристического канона в Чашу добавлялась теплота (зеон). Этот обычай был неизвестен на Западе;

10) в римской Литургии отсутствовала эпиклеза воззвание к Святому Духу после слов Христа при освящении Даров. На Востоке эпиклеза считалась неотъемлемой частью Евхаристического канона;

11) на Западе после IX в. появился обычай использовать для Евхаристии опресноки. К XI в. он уже повсеместно вошел в употребление. На Востоке, где использовался только квасной хлеб, западный обычай казался еще одной иудаистической тенденцией и, совместно с отсутствием эпиклезы и filioque, недозволительным принижением роли Святого Духа.

Различия вероучительные:

1) Filioque - учение латинян об исхождении Святого Духа и от Сына;

2) роль папы в Церкви.

Приблизительно в 1089 г. была написана книга блж. Феофилакта Болгарского, епископа Охридского, «О заблуждениях латинян». Блж. Феофилакт был вы сокообразованным, культурным и просвещенным епископом. Его взгляды были очень терпимыми. Он не считал разделение Церквей окончательным. Конечно, он был убежден, что интерполяция filioque в Символ веры недопустима, но просил сделать скидку для латинских варваров, у которых из-за бедности их языка даже нет возможности серьезно говорить о богословии. При этом Феофилакт отмечал, что разница в ритуалах совсем не столь существенна, как это утверждают многие греческие полемисты.

Таким образом, само это различие интересов и стремлений Церквей восточной и западной части империи разделяло их между собой, хотя и не настолько, чтобы они могли считать себя чуждыми друг другу. Единство веры, Таинств и всего церковного устройства долгое время связывало их в одно целое. Разделение, с прекращением всякого общения Западной и Восточной Церквей, могло последовать только тогда, когда со стороны одной какой-либо Церкви было бы нарушено единство веры, Таинств и церковного устройства.

2. Начало разделения

К середине IX века сложились все условия для начала разделение Церквей. Поводом послужило следующее. После смерти в 842 году императора Феофила, Византийскую Империю возглавил его шестилетний сын, Михаил III. Опекунами-правителями были: его мать Феодора, куропалат Феоктист, патриций Варда, брат императрицы и магистр (генерал) Мануил. Когда было восстановлено иконопочитание, на патриарший престол был возведен свт. Мефодий. После его кончины в 846 году на престол был возведен игумен Игнатий, сын императора Михаила Рангана, известный своей святой жизнью. Михаил III, достигнув совершеннолетия, предался пьянству и распутству, дела же правления поручил своему дяде Варде. Свою мать он в 854 году свергнул и заключил во дворце Кариана и, вопреки воле патриарха, насильно постриг в монастырь в 857 г. Варда, прогнав законную жену, стал открыто жить со снохой. Патриарх, после бесплодных увещаний, отказал ему в Причастии в день Богоявления. Варда, возненавидев Игнатия, начал настраивать Михаила против него и добился ссылки святителя на остров Тенервинф.

На патриарший престол против своей воли был возведен свт. Фотий в 857 г. Ему было около 60 лет (его брат был женат на сестре императрицы Феодоры), он отличался любовью к наукам и образованностью, некогда учил императоров Михаила и Константина Философа, в последнее время был первым секретарем в государстве. В несколько дней он прошел степени чтеца, диакона, священника и, наконец, был посвящен во епископа.

По посвящении, св. Фотий дал собору епископов письменное заверение, что он неповинен в низложении св. Игнатия и всегда будет относиться к нему с уважением. Игнатий же наложил отлучение на всех, кто не будет признавать его патриархом. В 859 году местный собор в Константинополе признал поведение Игнатия неодобрительным и утвердил Фотия на престоле. Несмотря на ходатайства Фотия, начались преследования сторонников патриарха Игнатия, которые (их называли «акрибийцами») считали необходимым вести беспощадную борьбу с иконоборцами. На стороне свт. Фотия были так называемые «экономы», стоявшие за снисходительное отношение к еретикам. Вражда все более обострялась.

Для прекращения этих церковных беспорядков император Михаил, по совету Варда, решил созвать большой собор и пригласить на него папу Николая I. Собор был назначен в Константинополе в 861 г. Папе были отправлены пригласительные письма от императора и патриарха. Хотя в своем письме к папе император скрыл настоящую цель собора, Николай знал уже об этих иерархических смутах, и так как он стремился к осуществлению лжеисидоровских декреталий о папском всевластии, то поспешил воспользоваться этим случаем, чтобы сделаться судьей Восточной Церкви. Он отправил на собор двух легатов и с ними письма к императору и Фотию. Императору, между прочим, он надменно писал, что тот будто бы поступил вопреки церковным правилам, низложив одного патриарха и поставив другого, без ведома его, папы; а Фотия обличал в честолюбии и незаконном принятия патриаршего сана, так как церковные законы запрещают возводить мирян сразу на все церковные степени; причем прибавлял, что он до тех пор не признает его патриархом, пока его легаты не разберут всего дела.

В 861 году в Константинополе действительно состоялся собор в присутствии папских легатов. Но здесь, вопреки ожиданиям папы, восточные отцы действовали независимо от его влияния. Игнатий был признан низложенным, а Фотий – законным Константинопольским патриархом. Определения собора были отправлены с легатами к папе для сведения. Свт. Фотий присоединил к этому еще и свой ответ на письмо папы, в котором с достоинством объяснял, что он принял патриарший сан не по честолюбию, что он его не искал, а его заставили стать патриархом. Относительно же нарушения правил Фотий ответил, что эти правила есть постановления местных церквей и необязательны для Константинопольской, и что даже Западная Церковь допускает такое поставление. Кроме того, Фотий заметил папе, что, заботясь о церковном мире, папа сам его нарушает, так как принимает в общение беглых духовных лиц Константинопольского патриархата, не имеющих представительных грамот.

Николай был крайне недоволен исходом дела на соборе и письмом Фотия. Он, может быть, и признал бы Фотия патриархом, если бы не увидел в нем твердого противника своим притязаниям на главенство в Церкви. Теперь он решается начать борьбу с Восточной Церковью, рассчитывая низложить Фотия и затем подчинить своему влиянию Восточные Церкви, как были подчинены Западные. С этой целью он написал императору Михаилу письмо, в котором, принимая тон судьи, высказывал, что он не признает определений собора относительно Игнатия и Фотия, что он поручал своим легатам только разобрать дело, а не решать, что теперь он объявляет Фотия лишенным патриаршего сана, а Игнатия приказывает возвести, без всяких исследований, на престол и тому подобное. В письме к Фотию папа опять доказывал незаконность его поставления в патриархи, и что если у них нет запрещающих правил, то они имеются в Римской Церкви, которая есть глава всех церквей, и все должны исполнять ее постановления. Затем папа созвал в Риме собор (862 г.) из своих епископов, предал на нем проклятию Фотия и восстановил Игнатия. Кроме того, он разослал еще окружное послание ко всем восточным епископам, приказывая им прекратить общение с Фотием и сноситься с Игнатием.

В Константинополе, конечно, не послушались папы. Император послал ему резкое письмо, в котором, не стесняясь, высказал ему горькую истину, что он, папа, вмешивается не в свое дело и что Константинопольская Церковь не признает за ним права быть главой и судьей Вселенской Церкви. Папа ответил таким же резким письмом – и разрыв между Церквами начался.

Вопрос об управлении болгарской церковью еще более усилил неприязненные отношения между двумя Церквами. Как известно, болгарский царь Борис принял Крещение в 864 г. Начали креститься и его подданные. Первыми проповедниками христианства в Болгарии были греческие миссионеры, как и первая иерархия – епископы и священники. Опасение подпасть под политическую зависимость вместе с религиозной от Константинополя побудило Бориса искать церковного союза с Римом, тем более что римские проповедники уже проникли в Болгарию. Борис отправил (865 г.) посольство к папе Николаю I и просил прислать в Болгарию латинских священников. Николай был обрадован таким предложением и послал латинских епископов и священников. После этого греческая иерархия была изгнана из Болгарии и ее место заняла латинская. Папские епископы и духовенство стали вводить во вновь создаваемые церкви свои заблуждения. Так, они вновь миропомазывали новокрещенных болгар на том основании, что прежнее недействительно, установили пост в субботу вместо среды, разрешили есть молочные продукты в первую неделю Великого Поста; женатых греческих священников называли незаконными, учили об исхождении Святого Духа и от Сына и тому подобное.

Такое самоуправство папы и поведение латинского духовенства в Болгарии произвело плохое впечатление в Константинополе. Свт. Фотий посвятил осуждению Filioque. Так он пишет: «Если от одного виновника, Отца, происходят и Сын и Дух, один – рождением, а другой – исхождением, и если Сын также есть изводитель Духа, как говорит богохульство, то последовательно ли будет не баснословить вместе с тем, что и Дух есть изводитель Сына? Ибо, если они оба равночестно происходят от Виновника, и если один из них для другого восполняет нужду в виновнике, то соблюдение неизменного порядка не требует ли, чтобы и другой был Ему виновником, воздавая Ему такую же благодать?.. Дух, (говорят), исходит от Сына. Что же Он получает отсюда такое, чего бы не имел, исходя от Отца? Если Он получил что-нибудь и можно сказать, чтo получил, то не был ли Он существом несовершенным прежде получения, или даже не есть ли таков и после получения?». Св. Фотий собрал поместный собор, осудил все римские заблуждения и сообщил об этом окружным посланием всем восточным патриархам, приглашая их на новый собор для рассмотрения вопросов о заблуждениях Римской Церкви. Собор открылся в Константинополе в 867 г. На нем присутствовали местоблюстители восточных патриархов, много епископов и сам император Михаил с новым кесарем, Василием Македонянином. Патриарх Фотий основательным образом раскрыл перед собором все заблуждения Римской Церкви и предложил свергнуть с престола папу Николая, о чем было решено просить западного императора Людовика.

Споры между Церквами очень скоро приняли другой оборот. Император Михаил III был убит, благодаря интригам Василия Македонянина, который сам стал императором. В его политические расчеты не входил разрыв с папой, поэтому он решил низложить Фотия и восстановить Игнатия. В Рим, к папе было отправлено унизительное для Восточной Церкви письмо. Василий Македонянин сам подчинял Восточную Церковь папе, отдавая ему на суд Фотия и прося утвердить Игнатия. Николай не дожил до такого торжества: он умер до приезда посольства.

Адриан II, новый папа, поспешил воспользоваться обстоятельствами, так хорошо сложившимися для римской кафедры. Он созвал (868 г.) в Риме собор, предал Фотия и его приверженцев проклятию, публично сжег определения Константинопольского собора (867 г.) против Николая, присланные ему Василием Македонянином, и затем отправил в Константинополь своих легатов, чтобы окончательным решением дела Фотия и Игнатия там доказать свою власть. В Константинополе в 869 г. состоялся собор, считающийся на западе восьмым вселенским. На нем Фотий был низложен и предан проклятию, а Игнатий восстановлен, но что всего хуже, на этом соборе Восточная Церковь согласилась на все требования папы и подчинилась ему. Легаты, заправлявшие делами собора, толковали только о главенстве папы в духе лжеисидоровских декреталий и постарались даже провести такого рода определение, что даже Вселенский собор не имеет права составлять определений против папы. Греческие епископы только после собора поняли, какую ошибку они сделали. Когда легаты представили императору соборные акты, он сначала отобрал их, но потом возвратил. Зато в вопросе о Болгарской Церкви восточные епископы, и даже патриарх Игнатий, оставались непреклонными. Несмотря на требования легатов после собора в частном совещании с Игнатием и местоблюстителями восточных патриархов и даже на их угрозы Игнатию, местоблюстители признали справедливым, в порядке управления, подчинить Болгарскую Церковь Константинопольской. После отъезда легатов Игнатий отправил в Болгарию греческого архиепископа, который и был там принят под влиянием Василия Македонянина. Вместе с тем из Болгарии были удалены латинские священники. Хотя папа Адриан, узнав об этом, и запрещал Игнатию вмешиваться в управление Болгарской Церковью, в Константинополе на это не обращали внимания. Таким образом, утихшие было споры между Церквами разгорелись с новой силой, когда Фотий вторично занял престол (879 г.).

Свт. Фотий, после низложения, в 869 году был сослан в заточение. Свое стесненное положение он переносил с необыкновенной твердостью, не переставая восставать против подчинения Восточной Церкви Римской. Он успел даже возбудить к себе сочувствие сторонников Игнатия и самого императора Василия, который призвал его из заточения к своему двору и поручил ему воспитание своих детей. В то же время Фотий помирился с Игнатием. После смерти Игнатия, император предложил Фотию занять патриарший престол. Теперь Василий Македонянин не дорожил своими мирными отношениями к папе, – тем более что бывший в то время папой Иоанн VIII сам был стеснен нападением сарацин на Италию, – и потому, не стесняясь мнением папы, восстановил Фотия. Для снятия осуждения с Фотия состоялся собор (в 879 г.). Папа Иоанн VIII, по просьбе императора, прислал своих легатов. Он согласился признать Фотия патриархом, но поставил условие, чтобы Фотий свое восстановление признал милостью папы и отказался управлять Болгарской Церковью. Первое условие на соборе было даже не предъявлено легатами, так как здесь им сразу дали понять, что Фотий, уже признанный Константинопольской Церковью, не нуждается в утверждении папы. Относительно же Болгарской Церкви на соборе было объяснено, что разграничение епархий зависит от императора. Папские условие не были, таким образом, выполнены. Но легаты должны были согласиться на снятие осуждения с Фотия и восстановление с ним общения Римской Церкви. Они даже не возражали, когда на соборе был прочитан Никейский символ веры без прибавления – от Сына (filioque). Было подтверждено не изменять его под угрозой проклятия. Папа Иоанн VIII, получив соборные акты и узнав, что его требования не выполнены, потребовал от императора, через легата Марина, уничтожения постановлений собора. Марина за дерзкие объяснения в Константинополе посадили в тюрьму. Теперь папа ясно увидел, что Фотий не сделает ему никаких уступок и не подчинится его влиянию, и потому предал его новому проклятию. Опять началась полемика между Константинополем и Римом, опять начались распри. Последующие папы также подвергали Фотия проклятиям, так что всех папских проклятий, наложенных на него, насчитывают до 12. Разрыв между церквами начался.

В X в. началось и возрождение монашества на Западе, которое связывают с основанием на востоке Франции в 910 г. монастыря Клюни. Клюни был «ставропигиальным» монастырем, т.е. подчинялся он непосредственно папам. Его организация была заслугой первого аббата Берно (910-927 гг.) и второго Одо (927-942 гг.). Особенно влиятельным монастырь стал при пятом и шестом аббатах Одилло (994-1048 гг.) и Гуго (1049-1109 гг.), стоявших во главе монастыря более ста лет. Аббаты основывали новые монастыри либо посылали братию для обновления (реформирования) старых, которые переходили на клюнийский устав и подчинялись клюнийскому аббату. Так Клюни стал орденом. Клюнийское движение повлекло за собой реформу в Церкви. Клюнийцы выступали за улучшение нравов, за грамотность духовенства. Но главное острие их борьбы было направлено против симонии (Деян.8:18-24) и николаитизма (Откр.2:6,14-15). Под первым имелась в виду плата за рукоположение, под вторым любое отклонение от клерикального целибата, будь то в браке или вне его. Ну и, конечно, клюнийцы усмотрели симонию в императорских (западных) назначениях на церковные должности. С другой стороны, западные императоры были весьма заинтересованы в повсеместном введении клерикального целибата, т.к. целибатный клирик не мог передать своей должности по наследству и после его смерти она возвращалась к дарителю. Благодаря этому у императора не уменьшался резерв земель и должностей и он мог быть уверен, что контроль за назначениями останется у него в руках. Клюнийская реформа также ставила одной из своих задач унификацию литургической практики во всем Западном мире. Богослужебный образец, которого придерживались клюнийцы, был северным, франкским. Именно под него клюнийцы подгоняли богослужение во всех регионах, на которые распространялась их реформа.

В 1009 г. папой стал Сергий IV, убежденный клюниец. В окружном послании, в котором он извещал предстоятелей поместных церквей и светских властителей о своем избрании на «кафедру святого Петра», он написал Символ веры с filioque. Когда это послание было получено в Константинополе, имя папы немедленно изъяли из диптихов. Тогда никто не думал, что этот эпизод станет началом разделения Церквей. Но с тех пор Римские папы в константинопольских диптихах не поминались более никогда.

3. Окончательное разделение Церквей XI веке

Когда папу Сергия вычеркнули из диптихов, для византийцев это значило лишь, что папа лично изменил Православию: это осуждение ни в коем случае не распространялось на всю Западную Церковь. Однако на Западе, где папа воспринимался уже как источник православной доктрины, это выглядело именно так, что и вызвало значительные трения в отношениях Константинополя с Западной империей.

В 1024 г. Константинополь предложил компромисс: папа признается патриархом Запада, первым среди равных, а Константинопольский патриарх признается занимающим точно такое же положение в своей сфере. Папа Иоанн XIX хотел было согласиться и принять эти условия, однако клюнийская партия, имевшая свои взгляды на папство, запретила ему идти на компромисс: лишь один папа должен иметь власть вязать и решить на всей земле.

Однако внешнеполитические события, казалось, диктовали свою логику в отношениях между двумя великими центрами христианства. В середине века начались норманнские вторжения в Южную Италию. Эти страшные набеги, огнем и мечом опустошавшие все вокруг, сделали вопрос союза между папством и Империей острой необходимостью. Но к этому времени папство уже было по духу клюнийским и требовало повсеместной унификации богослужений. Население на юге Италии было в основном греческим и придерживалось византийских литургических обычаев, а их копировали многие Церкви и вне итальянских владений Византии, даже вплоть до Милана.

Было бы несправедливым говорить, что все различия между богослужением Восточной и Западной Церквей – лишь местные обычаи, которые могут сосуществовать в одной плюралистической Церкви. Безусловно, целый ряд из них никак не приемлем для православного богословия. Однако инициативу в насильственной унификации богослужебной практики проявило клюнийское (т.е. франкское в прямом смысле этого слова) папство, которое никак не могло примириться со всей разницей в обычаях и начало пытаться их уничтожить. Латинский обряд стал насильственно вводиться в Церквах Южной Италии.

В 1043 г. патриархом был избран Михаил Керуларий (1043-1058 гг.) один из наиболее властных и политически активных людей, когда-либо занимавших патриаршую кафедру в Константинополе. До своего патриаршества он был сановником при имперском дворе, после участия в неудавшемся заговоре сослан и пострижен в монахи. В Константинополь он вернулся лишь по воцарении Константина Мономаха и довольно быстро преуспел в церковной карьере. Михаил, чрезвычайно заинтересованный в росте влияния и престижа кафедры царствующего града, также начал униформизацию обычаев в границах Константинопольского патриархата. Правда, его главным мотивом была борьба с армянским монофизитством в областях, недавно присоединенных к Империи, где так же, как и на Западе, употреблялись опресноки и так же не подливалась в чашу горячая вода. Но, борясь с этими обычаями, он неизбежно вошел в конфликт с папством и в Южной Италии, и даже в самом Константинополе, где были Латинские Церкви для купцов, паломников и членов варяжской дружины, входившей в имперскую гвардию. Церкви, отказавшиеся подчиниться и унифицировать свою богослужебную практику согласно восточным правилам, были закрыты.

Итак, назрела острая нужда в переговорах, тем более что от вторгшихся в Италию норманнов страдали обе стороны: захватчики, хотя номинально и христиане латинского обряда, не разбирали своих или чужих. Полномочия для проведения предварительных переговоров были предоставлены ломбарду Аргиру византийскому губернатору Южной Италии, который, кстати, сам придерживался западных обрядов. Император, похоже, во всяком случае поначалу, был готов к компромиссам. Он предложил папе Льву IX направить делегацию в Константинополь, чтобы обсудить все спорные вопросы, полюбовно договориться и восстановить его имя в диптихах. А покуда делегация собирается к поездке, папе было предложено объединенными силами раз и навсегда проучить норманнов. Папа принял это предложение. Однако, к сожалению, он поставил во главе направляемой им в Константинополь делегации кардинала Сильвакандидского Гумберта, убежденного клюнийца, человека властного, жесткого, бескомпромиссного и совершенно не сведущего в делах восточных.

Сразу же после назначения легатов папа Лев IX выступил в поход против норманнов, которые, однако, не дали его войску соединиться с византийскими силами, разбили его, а самого папу взяли в плен. Тем временем Керуларий, узнавший о предлагаемых уступках, отказался идти на компромиссы и подчинил своей воле слабого императора. Более мягкий и миролюбивый Петр III, патриарх Антиохийский, призывавший обе стороны к миру, постепенно также склонился на сторону Константинополя. Вот образец письма, которое Михаил Керуларий написал Петру Антиохийскому: «Меня достигли слухи, что патриархи Александрии и Иерусалима следуют учению папы Римского. Не только они принимают людей, которые вкушают пресный хлеб, но и иногда и сами совершают Божественные Тайны с опресноками. Кроме того, они запрещают брак священников: женатые не могут получать достоинство священства, но те, кто стремятся к рукоположению, должны оставаться безбрачными. Два брата могут жениться на двух сестрах. Епископы носят перстни на пальцах, как будто бы они берут себе в жены церкви; они утверждают, что носят их как залог. Они принимают участие в сражениях и оскверняют свои руки в крови: они отнимают у других душу и теряют собственную. До нас дошли слухи, что во время святого крещения они крестят одним погружением, призывая имя Отца и Сына и Святого Духа. Более того, они наполняют рты новокрещаемых солью. Они запрещают почитание мощей святых, а некоторые из них исключают почитание святых образов. Они не почитают среди святых наших великих святых отцов, учителей и святителей я имею в виду Григория Богослова, великого Василия и божественного Златоуста и не принимают их учение во всей его полноте...».

Керуларий также заранее заручился поддержкой влиятельного архиепископа Охридского Льва, который выпустил даже полемический трактат против латинян. На подобные писания Лев IX отвечал резким исповеданием папизма: «Никто не может отрицать того, что, как крюком управляется вся дверь, так Петром и его преемниками определяется порядок и устройство всей Церкви. И как крюк водит и отводит дверь, сам оставаясь неподвижным, так и Петр и его преемники имеют право свободно произносить суд о всякой Церкви, и никто отнюдь не должен возмущать или колебать их состояния, ибо верховная кафедра не судится ни от кого». Интересно, что в этом письме папа Лев IX сослался на «Дарение Константина»[1]. С тех пор этот документ уже постоянно применялся латинской стороной. В заключение письма папа рисовал Церковь Константинопольскую как Церковь заблуждающуюся, грешную, скандальную как он уверяет, ей управляли даже женщины, которую лишь по снисхождению, а не по заслугам Римская Церковь-мать удостоила второго места после себя.

В январе 1054 г. в Константинополь прибыли папские легаты: кардинал Гумберт Сильвакандидский, епископ Петр Амальфитанский и диакон-кардинал Фридрих Лотарингский (будущий папа Стефан IX). Они были приняты императором, а затем патриархом. Гумберт весьма невежливо вручил ему папское письмо, после чего немедленно удалился. Письмо на самом деле написал сам Гумберт и дал папе на подпись. Оно было довольно заносчивым и недружелюбным по тону. Керуларий воспринял это как личное оскорбление. Но кроме того, он вполне обоснованно опасался, что папа, будучи пленником у норманнов, не сможет выполнить свои предыдущие обещания и, следовательно, его легаты утратили часть своих полномочий. Все эти обстоятельства не способствовали успешному ведению переговоров, которые затягивались. Император, со своей стороны, пытался способствовать продвижению процесса: например, под его давлением ученик и биограф прп. Симеона Нового Богослова Никита Стифат должен был публично осудить и сжечь свой трактат против латинских новшеств.

В апреле, еще до того как переговорный процесс сколько-нибудь продвинулся вперед, Лев IX умер. Следовательно, его легаты вообще утратили всякую легитимность. Следующий папа был избран лишь через год. Естественно, никто не мог предположить, кем будет новый папа и какую политику он поведет. В такой ситуации патриарх Михаил Керуларий отказался продолжать переговоры, которые, с его точки зрения, потеряли всякий смысл и превратились лишь в пустую трату времени. Император Константин Мономах сделал робкую попытку что-то наладить, но его усилия были заведомо безнадежны.

Чувства все более накалялись. Гумберт чувствовал себя смертельно обиженным и в конце концов решил действовать, как он считал нужным. Рано утром 16 июля 1054 г. легаты вошли в Святую Софию. Шла проскомидия. Отпихивая растерявшихся диаконов, легаты вошли в алтарь и положили на престол грамоту об отлучении от Церкви патриарха «Михаила Керулария и его последователей». «Гумберт, милостью Божией кардинал епископ Святой Римской Церкви, Петр, архиепископ Амальфийский, Фридрих, диакон и канцлер всем сынам Католической Церкви...

Что касается столпов империи и почтенных мудрых граждан, то город (т.е. Константинополь) христианнейший и православный. Что же касается Михаила, незаконно называемого патриархом, и поборников его глупости, то рассеиваются в нем бесчисленные плевелы ереси... Вес лжеучений, ежедневно распространяемых Михаилом Керуларием, недостойно называемого патриархом, и его последователей, превышает всякое разумение! Симониане торгуют дарами Божиими, валериане кастрируют своих гостей, после чего не только рукополагают их в священный сан, а даже делают их епископами. Манихеи проповедуют среди них другие бессмысленные учения, что все заквашенное имеет душу; назаряне придерживаются иудейских законов очищения до такой степени, что отказывают в крещении детям, умирающим до восьмого дня от рода, что они отказывают в таинствах женщинам во время месячных кровотечений и тем, кто только что разрешились от бремени, и даже отказываются их крестить, если они придерживались языческих суеверий. Ариане и духоборцы изгладили из Символа выражение “и от Сына”. Они отказывают в причастии тем, кто бреется, подрезает свои волосы или носит тонзуру по римскому образцу. По вопросам этих и многих других ошибок патриарх лично не обращал внимания на письма с предупреждениями от нашего господина папы Льва IX. Более того, он отказался допустить в свое присутствие папских легатов и позволить им попытаться исправить его ошибки разумными доводами. Он также запретил им совершать мессу в церквах, также как ранее он закрыл латинские церкви, придравшись к тому, что они используют пресный хлеб в евхаристии, и всячески преследуя их. Он даже дошел до невероятного: он анафематствовал Апостольский Престол и провозгласил себя главным епископом над всеми церквами Востока и Запада. Посему мы, не вынеся неслыханного пренебрежения и обиды для святого первого апостольского престола и всемерно стараясь поддержать кафолическую веру, властью святой и нераздельной Троицы и апостольского престола, легацию которого мы исполняем, и всех истинно верующих отцов, подписываем анафему... Михаилу и его последователям, если не покаются. Посему Михаил, по злоупотреблению называемый патриархом, неофит, только из страха человеческого принявший монашескую одежду и теперь обличенный в тяжких преступлениях, затем Лев, епископ Охридский, Михаилов сакелларий Константин, топтавший ногами латинское жертвоприношение, и все, разделяющие их заблуждения и гордость, доколе не образумятся, вместе со всеми еретиками, диаволом и его ангелами, да будут анафема, да будут анафема, маранафа. Аминь». После сего и в присутствии императора и вельмож легаты произнесли: «Кто упорно станет противиться вере святого римского и апостольского престола и его жертвоприношению, да будет анафема, да будет анафема, маранафа, и да не считается христианином кафолическим, но еретиком прозимитом. Да будет, да будет, да будет!». Затем легаты, развернувшись, вышли из алтаря, отряхнули на пороге храма прах со своих ступней и направились торопливо к пристани. Вслед им был направлен прислужник со злополучной грамотой. В толчее, однако, он уже не смог их найти.

Легаты надеялись, что теперь император подчинит непокорного патриарха своей воле. Однако они переоценили возможности Константина Мономаха и не знали мощи Патриарха: в столице начались народные волнения, и императору пришлось думать уже о собственном спасении. Ему пришлось отказаться и от того слабого сопротивления, которое он оказывал патриарху. Было официально заявлено, что греческие переводчики извратили смысл латинской грамоты, и она была торжественно сожжена.

20 июля Михаил Керуларий собрал собственный собор в составе самого патриарха, двух архиепископов, 12 митрополитов и 7 епископов. На нем за недостойное поведение в храме были отлучены от Церкви все три члена папской делегации. Кроме того, собор выразил сожаление по поводу включения некоторыми церквами filioque в Символ веры и преследований, которым подвергается женатое духовенство. Однако Римская Церковь в решении собора специально не упоминалась, так же как и другие спорные вопросы. Окружное послание патриарха сообщило о решениях собора предстоятелям всех поместных церквей. Так и произошло событие, которое впоследствии будет считаться началом раскола Церквей. Но для современников оно прошло почти незамеченным. Грамота легатов, в которой отлучались от Церкви только патриарх и два других клирика с их неназванными «последователями», никакой юридической силы не имела. Патриарх, который с канонической точки зрения был прав, хотя, возможно, действовал чрезмерно жестко, отлучил от Церкви лишь легатов и только за дисциплинарные нарушения, а не за вероучительные вопросы. На Западную Церковь или на римского епископа эти анафемы никак не распространялись.

Эти события были лишь провалом одной из попыток примирения между двумя кафедрами. Большинство христиан того времени ни о каком расколе не слышали. Сначала он переживался как один из тех временных разрывов между двумя кафедрами, каких много бывало и раньше. Событие это стало оцениваться как нечто чрезвычайно важное лишь через пару десятков лет на Западе, когда к власти пришел папа Григорий VII Гильдебранд. Кардинал Гумберт стал его ближайшим советником, и, естественно, он был чрезвычайно заинтересован в оправдании себя в той ситуации и в возвеличивании своей роли. Так эта история и получила необычайно раздутое значение. Потом, уже в новое время, она рикошетом из западной историографии вернулась на Восток и стала считаться датой разделения Церквей также и там. В итоге все спекуляции на тему того, что было бы, если бы Керуларий был бы посговорчивей, а Гумберт потактичнее, совершенно бесплодны. События 1054 г. имели минимальное воздействие на реальные отношения двух Церквей. Формально раскол уже состоялся имя папы Римского было изъято из константинопольских диптихов. Однако народное сознание того времени никак раскола окончательным не воспринимало: запрета на взаимное Причастие не было, да и не могло быть, так же как и сослужения священников и архиереев двух половин христианства продолжались и после 1054 г. Имя Папы римского поминалось в диптихах других восточных Церквей (во всяком случае, иногда). В наших святцах есть западные святые, скончавшиеся после 1054 г. Более того, Русская Православная Церковь отмечает праздник перенесения мощей свт. Николая в Бари. Норманнско-итальянские пираты похитили мощи святого в 1087 г. Очевидно, что этот местный итальянский праздник попал на Русь еще позже, но был воспринят как общехристианский и стал там отмечаться. Это неопровержимое свидетельство того, что разделение Церквей в то время еще не воспринималось как нечто свершившееся и окончательное. Но тем не менее было бы исторической неправдой отрицать наличие весьма серьезных и глубоких богословских расхождений между двумя половинами христианства. Игнорировать их было нельзя: рано или поздно они все же вышли бы на поверхность. Так оно в конце концов и случилось, и тогда уже свершившееся разделение стало очевидным для всех.

Проверочные вопросы:

  1. Чем изначально отличались Восточная и Западная Церкви?
  2. Каким образом низложение патриарха Игнатия и возведение на Патриарший престол св. Фотия спровоцировало противостояние между папой Римским и Константинопольским патриархом?
  3. Как отреагировали в Константинополе на стремление папы Николая быть судьей над Восточной Церковью?
  4. Какие споры между Константинопольской и Римской Церквами имели место по поводу Болгарской Церкви?
  5. Какой собор считается на Западе восьмым вселенским? Какие решения были на нем приняты?
  6. Какие изменения произошли после того, как свт. Фотий во второй раз занял Патриарший престол?
  7. Каким образом клюнийское движение способствовало разделению Церквей?
  8. Какие можно выделить богослужебно-бытовые и вероучительные различия между Восточной и Западной Церквами?
  9. Как продолжилось противостояние при патриархе Михаиле Керуларии?
  10. Как произошел окончательный раскол Церкви? Каким образом это ощущалось и осознавалось современниками?

Источники и литература по теме

Источники:

  1. Фотий Константинопольский, свт. Слово тайноводственное о Святом Духе. [Электронный ресурс]. – URL: https://azbyka.ru/otechnik/Fotij_Konstantinopolskij/slovo_o_svyatom_Duhe/ (дата обращения: 11.02.2017).

Основная учебная литература:

  1. Тальберг Н.Д. История Христианской Церкви. – К.: Изд. «Общество любителей православной литературы», 2008 г.
  2. Дворкин А.Л. Очерки по истории Вселенской Православной Церкви. Курс лекций. – Н.Новогород: Христианская библиотека, 2014.

Дополнительная литература:

  1. Асмус В., прот. Лекции по истории Церкви. [Электронный ресурс]. – URL: https://www.predanie.ru/asmus-valentin-valentinovich-protoierey/book/69781-lekcii-po-istorii-cerkvi/#toc2 (дата обращения: 10.02.2017).
  2. Иоанн Мейендорф, прот. Введение в святоотеческое богословие. [Электронный ресурс]. – URL: https://azbyka.ru/otechnik/Ioann_Mejendorf/vvedenie-v-svjatootecheskoe-bogoslovie/27 (дата обращения: 11.02.2017).

Видеоматериалы:

 

 

 

 

 


[1] «Дарения Константина» – знаменитая в истории фальшивка, связанная с именем папы Григория V. Этот документ, сыгравший крупную роль в истории папства и вообще всей средневековой Европы, был составлен, скорее всего, при дворе папы Стефана III (768-771 гг.). Он представляет из себя подложную грамоту, написанную от лица императора Константина Великого на имя римского епископа Сильвестра I (314-335 гг.). Император сначала излагает исповедание веры, которому будто бы научил его Сильвестр, а затем повествует о чуде избавления его в Риме от проказы, по молитвам епископа и предстательству первоверховных апостолов, и о своем крещении в Риме от руки папы Сильвестра (!). В благодарность за это император представляет кафедре наместников Петра «власть и почести императорские», а также первенство по отношению к четырем патриархам (!) и всем вообще церквам. Сверх того, он требует признать храм св. Иоанна в Латеранском дворце главой всех церквей в мире и перечисляет все императорские облачения и различные украшения, вручаемые Сильвестру. Приводятся также привилегии, даруемые римскому духовенству. В заключение, «чтобы папская тиара не утратила достоинства», Константин дарует папе, кроме Латеранского дворца, «также все провинции, местности и города Рима и Италии, или западных областей». При таких обстоятельствах императору нечего было больше делать на Западе и он заявляет, что уходит на Восток, ибо «не подобает земному царю властвовать там, где Небесным Царем учреждено было первенство священства и главенство религии христианской».