Преподобный Роман Сладкопевец

Дева днесь Пресущественнаго раждает,/ и земля вертеп Неприступному приносит,/ Ангели с пастырьми славословят,/ волсви же со звездою путешествуют,/ нас бо ради родися// Отроча Младо, Превечный Бог.

 

Перевод: Ныне Дева рождает Того, Кто превыше всего созданного, и земля представляет пещеру Неприступному; Ангелы с пастырями славословят, мудрецы со звездою путешествуют: ибо для нас родился Младенец юный, предвечный Бог.

 

Преподобный Роман сладкопевец.

Кондак Рождества Христова.

Глас 3

 

Житие

Святой Роман был родом из Сирии, воспитание получил в городе Эмесе[1] и с юных лет начал угождать Богу, ведя жизнь девственную и целомудренную. Сначала он был пономарем[2] в одной из церквей города Берита[3], а потом, в царствование императора Анастасия[4], удалился в Константинополь и служил при Кировой[5] церкви в честь Пресвятой Владычицы нашей Богородицы. Здесь он проводил жизнь в посте и молитвах, утруждая тело свое многочисленными подвигами и всенощным бодрствованием. С вечера он уходил во Влахерны и там всю ночь стоял на молитве, а потом возвращался обратно. Затем он был поставлен пономарем к храму святой Софии[6]. Святой Роман не знал грамоты, но был благоискусен в добрых делах, коими превосходил премудрых книжников; разумом своим он стремился к Богу гораздо больше тех, кто ищет премудрости века сего. Ибо он был одним из тех, о коих сказал апостол: «немощное избрал Бог, чтобы посрамить сильное» (1Кор. 1:27). За добродетельную жизнь полюбил его Патриарх Евфимий [7]и, видя, как он трудится в храме и с каким усердием проходит свое послушание, давал ему равную часть с клириками[8]. Клирики же роптали на Патриарха, говоря:

– Невежду ты поставил наравне с нами!

Они возненавидели Романа и стали строить ему козни. Однажды в навечерие праздника Рождества Христова, когда в церковь пришел царь, Роман же ставил светильники в церкви, клирики, схватив его, потащили на амвон[9], говоря: «Ты получаешь равную с нами часть – пой же, как и мы, на амвоне хвалебную песнь Богу».

 

Так поступили они по зависти, желая посрамить его, ибо знали, что он не разумеет Писания и не может сего исполнить. Претерпев такое унижение от клириков при царе и при всем народе, бывшем в церкви, Роман почувствовал стыд и плакал. По окончании службы, когда все вышли из церкви, он пал ниц перед иконою Пресвятой Богородицы, горько плача и молясь. Проведши долгое время в плаче и молитве, святой Роман встал и пошел в дом свой и, не вкусив от печали пищи, забылся сном. И вот во сне явилась ему Пресвятая Владычица наша Богородица, утешение всех скорбящих, держа в руке небольшой книжный свиток[10], и сказала Роману тихим голосом:

– Открой уста!

Когда Роман открыл уста свои, Владычица вложила в них свиток и повелела съесть его.

Роман проглотил хартию и тотчас проснулся, но никого не увидел перед собою; ибо Явившаяся стала невидима. Сердце его исполнилось неизреченной сладости и радости духовной, и стал он размышлять о том, что увидел. В уме же своем он вдруг ощутил разумение книжное, ибо Дева Богородица, как некогда Сын Ее – Своим апостолам, отверзла ему ум к разумению писаний (Лук. 24:27). Он исполнился великой премудрости и стал со слезами благодарить Наставницу свою за то, что в одно мгновение Она даровала ему такие познания, каких он не мог бы достигнуть в течение многих лет.

Наступил час всенощного бдения, и святой Роман, радуясь благодати, дарованной ему Богоблагодатною Девою, пошел в церковь.

Когда нужно было воспеть песнопение в честь праздника, святой Роман взошел на амвон и воспел сладким гласом свой кондак, который сложил он в уме своем:

– «Дева днесь Пресущественнаго раждает, и земля вертеп Неприступному приносит. Ангели с пастырьми славословят, волсви же со звездою путешествуют: нас бо ради родися Отроча младо, Превечный Бог»[11].

Все, видевшие и слышавшие сие, удивлялись и услаждались пением Романа, вникая в смысл песнопения. Когда же он окончил свою песнь, Патриарх спросил, откуда у него такая премудрость. Роман не скрыл чуда Богородицы, но исповедал Ее благодать и прославлял вразумившую его Небесную Наставницу. Клирики, оскорбившие его, устыдились и, покаявшись, пали к ногам Романа, прося у него прощения. Патриарх же тотчас поставил святого Романа диаконом, и из уст его премудрость потекла как река, а тем, кто сначала упрекал его за простоту и невежество, пришлось потом самим же у него учиться. Он составил множество кондаков[12] на праздники Господские и Богородичные и на память многих святых, так что его кондаков насчитывалось более тысячи[13]. И был он всеми весьма любим и почитаем. Проведя жизнь свою Богоугодно и праведно, он переселился в вечные обители и ныне с Ангельскими ликами вечно воспевает Богу трисвятую песнь[14]. Аминь.

 

ГИМН

преподобный Роман Сладкопевец

(перевод С.С. Аверинцева)

 

Приидите, поклонимся, верные,

Человеков Спасителю кроткому,

Сыну Божию благоутробному,

Властодержцу, терпеньем обильному, —

 

Кого силы величат небесные,

Кого хоры поют бестелесные,

Языками своими огнистыми,

Голосами своими немолчными

Трисвятое гласят песнословие

И победное молвят хваление:

 

Восславляют Отца безначального,

Сына, купно со Духом совечного,

Нераздельных всецело по сущности,

В ипостасях троимых таинственно,

Пребожественной Силы величие,

Совокупно всей тварию славимо.

 

Богородица, Дева пречистая,

Не отвергни, Честная, рабов Твоих,

Что житейской несомы пучиною

И валами разимы мятежными!

 

Горних сил без сравненья славнейшая

Голубица, от Духа позлащенная,

Ты апостолов честь и хваление,

Ты страдальцев о Господе рвение,

Ты всецелой земли упование;

О, прекрасная башня Давидова,

Град, двунадесять врат отверзающий,

Благовоний духовных хранилище,

Людям Божьим стена и прибежище,

И неложное им утверждение,

И для праведных душ охранение,

И безгрешным телам освящение!

 

Почитаем Тебя, Благодатная,

Славословим Тобою Рожденного,

Слезно молим и просим о милости

В предстоящее время возмездия.

 

Боже, Боже, в тот день не отринь меня,

Изыми из огня неугасного,

Не предай Сатане на ругание,

Не соделай бесовским игралищем!

Ибо паче иных, окаяинейший,

Я изжил свою жизнь в беззакониях.

Осквернился и духом, и плотию,

И что делать мне ныне, не ведаю.

 

Сего ради взываю о милости,

Как блудница, к стопам припадавшая,

Изливаю рыдания теплые:

 

Изыми меня, Господи, Господи,

Из глубин моего беззакония,

Яко Пастырь Благий, не оставь меня

Претыкаться о камни погибели,

От страстей обуявших избавь меня

И отверзи мне очи духовные,

Да воззрю я на Лик Твой божественный

И в сердечном веселии вымолвлю:

 

Подобает Тебе поклонение

Со Отцем и Святым Утешителем

И на всякое время хваление,

Милосердный, от твари взывающей.

 

Тропарь преподобному Роману Сладкопевцу

глас 8

В тебе, отче, известно спасеся еже по образу:/ приим бо крест, последовал еси Христу/ и, действуя, учил еси презирати убо плоть, преходит бо,/ прилежати же о души вещи безсмертней./ Темже и со Ангелы срадуется, преподобне Романе, дух твой.

 

Кондак преподобному Роману Сладкопевцу

глас 8

Божественными добродетельми духа/ измлада украсився, Романе премудре,/ Церкви Христове пречестное украшение был еси:/ пением бо прекрасным украсив ю, блаженне./ Тем молим тя: подаждь желающим Божественнаго дарования твоего,/ яко да вопием ти:/ радуйся, отче преблаженне, красото церковная.

 

День памяти: 14 октября

 

По материалам сайтов:

http://azbyka.ru/days/

http://days.pravoslavie.ru/



[1] Эмеса – город в Сирии на восток от реки Оронта, впадающей на северо-западе Сирии в Средиземное море.

[2] Пономарь, или правильнее, парамонарь – приставник для охранения храма и священных мест и наблюдения за их чистотою; на его же должности, по уставу церковному, полагалось: звонить к богослужению, зажигать и гасить богослужебные светильники, приготовлять и подавать кадильницу.

[3] Берит – нынешний Бейрут – древний город Финикии на берегу Средиземного моря, в V в. процветал и славился своей высшей школой риторики, поэтики и права; ныне – главный административный город Азиатско-Турецкой Сирии и важнейший торговый пункт Сирийского побережья, с населением до 80 000 жителей.

[4] Анастасий I – византийский император с 491 по 518 г.

[5] Кир – знаменитый поэт и префект столицы при императоре Феодосии Младшем, потом епископ Смирнский и песнопевец православной восточной церкви († 470 г.) – подарил столице памятник вкуса и благочестия своего – великолепный храм Богоматери, который от него и получил свое наименование и после него назывался Кировым. Впоследствии при храме сем возникла обитель. Был ли монастырь при Кировом храме во время Романа – неизвестно; но греческий подлинник жития его дает понять, что Роман не только служил при Кировом храме, но и жил в зданиях, принадлежавших сему храму.

[6] Главный великолепный собор Константинополя во имя Софии Премудрости Божией, первоначально создан Константином Великим. Впоследствии этот собор был великолепно возобновлен и расширен императором Юстинианом Великим в 537 г.; в 1453 г., по взятии Константинополя турками, обращен в мечеть. Юстиниановский храм Св. Софии представляет и поныне замечательнейший, величественнейший памятник христианской архитектуры византийского стиля, самой цветущей эпохи его развития.

[7] Св. Евфимий – Патриарх Константинопольский с 490 по 496 г.

[8] Под клириками здесь разумеются церковнослужители, посвященные на то через особое архиерейское благословение, через т. н. церковный обряд «хиротесии» – чтецы и певцы. Очевидно, что св. Роман до того времени не принадлежал к их числу.

[9] Амвон (с греческого – возвышение) начинается от средины другого предалтарного возвышения – солеи и выступом выдвигается вперед в храм. В древних церквах амвоны значительно выдвигались над солеёй, и на них вели даже иногда лестницы. Амвоны предназначались прежде не только для проповеди и молитв священнослужителей, но и для певцов и чтецов, принявших священное пострижение, чтобы они удобнее были видимы и слышимы молящимися, впоследствии для сего устроены клиросы. Но нищие непосвященные церковнослужители не имели даже права входить на амвон.

[10] По гречески – kontakion, т.е. тонкий сверток исписанного с обеих сторон пергамента; этим именем назывались, в частности, свертки с церковными песнями или службами.

[11] Кондак на праздник Рождества Христова.

[12] Таким образом, Роман Сладкопевец первый начал писать кондаки и справедливо признается отцами Церкви творцом кондаков. Самое название кондаков носит на себе воспоминание о творце их и получило свое начало от греческого наименования того пергаментного свитка, который Богородица повелела Роману в сновидении проглотить. Под сим именем с тех пор стали разуметься в церкви краткие церковно-богослужебные песнопения в честь Господних и Богородичных праздников, а также в честь святых и в память усопших, излагающие сущность праздников и составляющие как бы тему для всего богослужебного их чинопоследования.

[13] Св. Роман остался в истории христианского песнотворчества с именем «Сладкопевца» и песнописцем, как по богатству мыслей, содержащихся в его песнопениях, так по их поэтической вдохновенности, одушевлению, глубине чувства и возвышенности языка. Церковь в своих песнопениях воспевает его гуслей сладковещанной, сладкогласной цитрой Божественного Духа, свирелью церковною, соловьем божественных песней, струной преславных слов Духа и т. д. (Стихиры). Кроме кондаков, Св. Роман Сладкопевец считается творцом и икосов, которые, по свидетельству Марка Ефесского, «вместе с кондаками петы были в одних прекрасных тех покоях (по греч. oikos – дом, покой), где священный муж имел обыкновение проводить ночи в бдении; отсюда-то они и получили такое название». «Икосами» называются в Церкви пространнейшие песнопения в честь и память праздника или в память усопших. По своему содержанию они сходны с кондаками, пишутся одним размером и поются на один глас. Икос всегда следует за кондаком, так как представляет развитие последнего.

[14] Жизнь и деятельность Св. Романа Сладкопевца относятся ко 2-й половине V века. Кончина его последовала в конце сего века.